- Нет. Возьми Библию.
Я подошел к стеллажам, достал Библию и вернулся к столу.
- Открой псалом 145 и прочитай третий стих.
Признаюсь, что мне пришлось залезть в оглавление. Отыскав Псалтырь, я пролистал страницы до нужного места и заглянул в псалом 145.
- Черт бы меня побрал! - невольно вырвалось у меня.
- Читай! - заревел Вулф.
Я начал читать:
- "Не надейтесь на князей, на сына человеческого, в котором нет спасения".
- Ага, - сказал Вулф, исторгнув вздох, казалось, из самого нутра.
- Верно, - признал я, - роман Бэйрда Арчера назывался "Не надейтесь..." Наконец-то вы застукали этого парня, хотя и по чистой случайности. Придется сделать официальную заявку на то, чтобы это совпадение занести в книгу рекордов. Надо же, именно в той бумаге, которую вы так настойчиво просили, оказались таинственные значки, и вы их расшифровали. Если вы столь...
- Фу, - фыркнул Вулф. - Здесь нет никакого совпадения, и любой простак мог расшифровать эти обозначения.
- Значит, я - сверхпростак.
- Нет, - он был настолько доволен собой, что мог повеликодушничать. Без тебя у нас бы ничего не вышло. Ты привел сюда этих женщин и напугал. Они так напугались, что кто-то из них счел необходимым признать существование связи между Бэйрдом Арчером и неким лицом в конторе.
- Что за "кто-то"? Кто-то из женщин?
- Думаю, что нет. Я предпочел бы мужчину, к тому же именно мужчин я просил предоставить мне документы, составленные Дайксом. Ты напугал мужчину, а может, и мужчин. Я должен знать кого. Ты договорился на сегодняшний вечер?
- Да. С блондинкой, что сидит на коммутаторе. Только представьте трехцветная гамма на одной голове.
- Очень хорошо. Выясни, кто мог сделать эту надпись на письме Дайкса столь характерным прямоугольным почерком. Дай бог, чтобы это не оказался сам Дайкс. - Вулф сдвинул брови и потряс головой. - Вношу поправку. Узнай только, чей почерк напоминает эти значки. Лучше их пока не показывать, как и само письмо.
- Конечно. Валяйте, усложняйте дальше, мне это раз плюнуть.
Впрочем, оказалось, что сложность задачи я преувеличивал, потому что скопировать почерк ничего не стоило. Днем, прежде, чем приготовить наживку, я как следует попрактиковался, чтобы набить руку. Вечером же, в шесть сорок, когда я выходил из дома на свидание, в нагрудном кармане моего недавно купленного светло-синего костюма покоилась одна из присланных нам бумаг - отпечатанный отчет Дайкса - с надписью, которую я сделал карандашом на одном из полей: СОЗ-4620
Глава 13
Бланш Дьюк поразила меня в тот вечер. Проглотила перед ужином две порции своей излюбленной гремучей смеси - джин, вермут, гранатовый сироп и перно - и баста! Завязала. Кроме того, пришла она в премиленьком, хотя и довольно простом, синем платье и почти без косметики. Да, самое главное, танцевала она куда лучше, чем Сью Дондеро. В целом, если сенсацию в "Боболинке" она не произвела, то и краснеть мне за неё не пришлось, ну а оркестр "Боболинка" благодаря Бланш смотрелся даже лучше, чем того заслуживал. К десяти часам я уже согласился бы уплатить по счету пополам с нашим клиентом, но сдержал порыв, поскольку все-таки выполнял служебное задание.
Когда мы возвратились к своему столику после того, как я отплясал самую лихую и затейливую самбу в своей жизни, а Бланш не отставала ни на шаг, словно мы проделывали это сотни раз, я предложил ей промочить горло, учитывая, что ужин остался в далеком прошлом, но она отказалась.
- Послушай, - воспротивился я, - так дело не пойдет. Я тут блаженствую с тобой, хотя мне положено работать. Я собирался подпоить тебя как следует, чтобы развязать язык, а ты пьешь только воду. А как заставишь тебя проболтаться, если ты отказываешься от спиртного?
- Я люблю танцевать, - заявила Бланш.
- Неудивительно, судя по тому, как ловко у тебя это выходит. Я, правда, тоже парень не промах, но я озабочен. Хватит мне уже наслаждаться пора хоть что-нибудь из тебя вытянуть.
Бланш покачала головой.
- Я не пью, когда танцую, потому что люблю танцевать. Попробуй лучше завтра днем, когда я буду мыть голову. Ненавижу эти дурацкие волосы. А почему ты думаешь, что мне известно что-то, представляющее для тебя интерес?
Наш официант выжидательно завис над столиком, и я вознаградил его, заказав какую-то мелочь.
- А как же иначе? - обратился я к Бланш. - Коль скоро ты считаешь, что Дайкса убил О'Мэлли, у тебя должны быть какие-то основания...
- Я вовсе так не считаю.
- В среду вечером ты говорила иначе.
- Чтобы разозлить Элинор Грубер, - отмахнулась она, - она без ума от О'Мэлли. Что же касается меня, то я вовсе так не считаю. Думаю, что Лен Дайкс покончил с собой.
- Вот как? А кого это должно разозлить?
- Никого. Сью, разве что, но она мне симпатична, поэтому я лучше об этом умолчу.
- Сью Дондеро? А почему?
Как тебе сказать... - Бланш нахмурилась. - Ты ведь не знал Лена Дайкса?
- Нет.
- Странный он был малый. В целом вроде неплохой, но с причудами. Перед женщинами робел, но фотографию одной из них всегда таскал в бумажнике, и как ты думаешь, чью? Своей сестры, чтоб мне не сойти с этого места! А однажды я увидела, как он...
Внезапно она запнулась. Оркестр играл конгу. Плечи Бланш ритмично задергались. Мне ничего не оставалось делать. Я поднялся, предложил ей руку, Бланш выскочила из-за стола, и мы поспешили к танцующим. Четверть часа спустя мы вернулись к столику, сели и обменялись восхищенными взглядами.
- Давай покончим с допросом, - предложил я, - и тогда уж напрыгаемся до упаду. Ты сказала, что однажды увидела, как Дайкс... что делал?
Бланш на мгновение опешила, потом спохватилась:
- Ах, да. А что, мы непременно должны обсудить это?
- Я должен.
- Ну ладно. Я увидела, как он смотрит на Сью. Черт возьми, вот это был взгляд! Я отпустила какую-то шуточку по этому поводу, чего делать не следовало, потому что Дайкс решил тогда, что может излить мне душу. Оказалось, что он впервые...
- Когда это было?
- Год назад, может, больше. Оказалось, что он впервые влюбился - в его-то возрасте! Он настолько потерял голову, что шло к язве желудка. Он тщательно скрывал свое чувство от всех, не считая меня, конечно, - я была посвящена во все подробности. Сколько раз он пытался пригласить её куда-нибудь, но она отказывалась. Он спрашивал меня, что делать, и я, желая хоть что-то придумать, сказала, что Сью очень романтическая натура и ему нужно каким-то образом прославиться: выдвинуть свою кандидатуру в сенат, выступить за "Янки"**"Янки" - Знаменитый американский бейсбольный клуб.> или написать книгу. Вот он и написал книгу, но издатели её отклонили, и он покончил с собой.
Ни один мускул не дрогнул на моем лице.
- Он сам сказал тебе, что написал книгу?
- Нет, он не упоминал об этом. Как раз тогда он перестал говорить со мной о Сью, да я и избегала говорить на эту тему, чтобы не бередить рану. Но поскольку я сама предложила ему написать книгу, а потом разгорелся весь сыр-бор о романе, отвергнутом издательством, нетрудно было смекнуть, в чем дело.
Я мог возразить, что самоубийство Дайкса в декабре никак не проливало свет на убийства Джоан Уэлман и Рейчел Эйбрамс в феврале, но хотел успеть перейти к главному, прежде чем оркестр спутает мои карты. Чуть пригубив рюмку, я лучезарно улыбнулся.
- Может, ты и права насчет самоубийства, но не наводишь ли ты тень на плетень? Может, он в тебя влюбился, а не в Сью?
Бланш фыркнула.
- В меня? Если это комплимент, то мог придумать и получше.
- Это не комплимент. - Моя рука нырнула во внутренний карман пиджака и извлекла оттуда сложенный листок бумаги. - Это отчет конторских расходов, подготовленный Дайксом и датированный маем прошлого года. - Я развернул его. - Я собирался спросить тебя, как случилось, что Дайкс записал на нем номер твоего телефона, но теперь тебе ничего не стоит ответить, что как раз тогда он названивал тебе и советовался про Сью, так что спрашивать нет никакого смысла.
Я принялся складывать бумажку.