Правда, я вел себя ещё хуже, чем он. Он уже дважды велел мне ложиться спать, чего я, естественно, делать не собирался. Я хотел быть на месте, если зазвонит телефон. Я хотел быть на месте, если явится миссис Адамс, чтобы сознаться в трех убийствах. Но выписывать чеки, регистрировать рост и цветение орхидей или просматривать каталоги я не хотел. Моя задача состояла в том, чтобы случайно не уснуть, что стало ещё более трудным, когда Вулф в четыре часа встал и ушел в оранжерею. За два последующих часа мне пришла в голову приятная мысль, а именно: позвонить в Глендейл и сообщить миссис Поттер, что я благополучно добрался домой, но я решил, что звонить не стоит, ибо это может обратиться в привычку. И вот так с помощью жевательной резинки я продолжал, если можно так сказать, бодрствовать.
Как раз перед ужином снова позвонил Сол, и снова мне было велено повесить отводную трубку. В конце разговора Вулф только хмыкнул, и все. После ужина он велел мне ложиться спать, и одному лишь богу известно, как мне этого хотелось, но я заупрямился и пошел гулять. Я зашел в кино, где меня очень привлекала возможность положить голову на мягкое плечо соседки и подремать, но вдруг я опомнился, вскочил и побежал домой. Было чуть больше десяти.
Вулф сидел за столом, просматривая свои записи со сведениями о состоянии орхидей, накопившиеся за время моего отсутствия.
- Есть новости? - спросил я.
- Нет.
Я сдался.
- Пойду, пожалуй, полежу. - Я повернул замок сейфа. - Входную дверь я закрыл на засов и проверил, заперт ли черный ход. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Зазвонил телефон. Я взял трубку.
- Резиденция Ниро Вулфа. Говорит Арчи Гудвин.
- Мне нужен Ниро Вулф.
- А кто его спрашивает?
- Джеймс Корриган.
Прикрыв микрофон рукой, я доложил Вулфу:
- Корриган. Голос хриплый, он явно встревожен. Будете с ним разговаривать?
Вулф взял трубку. Я тоже стал слушать.
- Говорит Ниро Вулф. Мистер Корриган?
- Да. Я отправил вам письмо, но, поскольку вину за все несете вы, я считаю, что вам следует услышать то, что сейчас произойдет. Надеюсь, этот звук вам будет снится до конца ваших дней. Слушаете? Секунду!
- Да, но...
- Слушайте.
У меня лопнули барабанные перепонки или, по крайней мере, мне так показалось. Какое-то сочетание рева и удара. Я рефлекторно отдернул трубку, потом снова приложил её к уху. Послышался какой-то невнятный стук, потом что-то упало, и затем наступила тишина.
- Алло! Алло! - закричал я в трубку.
Молчание. Я положил трубку и повернулся. Вулф сидел, держа трубку в руках, и смотрел на меня исподлобья.
- Ну что? - спросил он.
- Могу задать такой вопрос и вам. Откуда мне знать? Наверное, он застрелился.
- Где он?
- Я, что ли, это срежиссировал?
- Там говорило радио.
- Я слышал. "Жизнь Райли", программа "ДаблЮНБСи". - Он не спеша положил трубку и ещё раз посмотрел на меня.
- Какой-то абсурд. Не могу поверить. Соедини-ка меня с Кремером.
Крутанувшись на стуле, я набрал номер. Когда ответили, я попросил Кремера, но его на месте не оказалось. Стеббинса тоже не было. Я разыскал сержанта Орбака, доложил об этом Вулфу, и он взял трубку.
- Мистер Орбак? Говорит Ниро Вулф. Вы знакомы с делом Дайкс Уэлман-Эйбрамс?
- Да.
- Известен ли вам человек по имени Джеймс А. Корриган?
- Да, я слышал это имя.
- Мне только что позвонили. Говорящий назвался Джеймсом А. Корриганом, но голос был хриплым и взволнованным, поэтому я не могу поручиться, что это был сам Корриган. Говорящий сказал... Вам, пожалуй, лучше это записать. У вас есть при себе карандаш и бумага?
- Секунду. Слушаю вас.
- Он сказал, что говорит Корриган, и затем цитирую: "Поскольку вину за все несете вы, я считаю, что вам следует услышать то, что сейчас произойдет. Надеюсь, этот звук будет вам сниться до конца ваших дней. Слушаете? Секунду!" Цитата закончена. Сразу после этого послышался грохот, похожий на выстрел, за ним другие звуки, и затем наступило молчание. Слышалось только радио, текст которого можно было разобрать. Вот и все.
- Он сказал, откуда звонит?
- Я доложил вам все, что знаю. Как я уже сказал, больше мне ничего не известно.
- Где вы в данную минуту?
- У себя в доме.
- Вы будете на месте, если понадобитесь?
- Да.
- Хорошо. - Он повесил трубку, что сделали и мы с Вулфом.
- Вам отказывает память, - заметил я. - Вы забыли, что он ещё сказал, что отправил вам письмо.
- Я предпочитаю читать свою почту без посторонних. Где живет мистер Корриган?
Я взял телефонный справочник Манхеттена, перелистал его и нашел адрес. Затем, чтобы перепроверить, я подошел, открыл шкаф с архивом, достал папку с делом нашего клиента Уэлмана и перелистал имеющиеся в ней бумаги.
- Корриган живет в доме 145 на Восточной Тридцать шестой улице. Фелпс живет в доме 317 на Западной стороне Центрального парка. Кастин живет в доме 165 на Парк-авеню. Бриггс - в Ларчмонте, а О'Мэлли по адресу: 202, Восточная Восемьдесят восьмая улица.
Я положил папку обратно и запер шкаф.
- Могу ложиться?
- Нет.
- Я так и думал. А что делать: сидеть и ждать? Если даже они найдут труп, они могут до утра нам не позвонить. А на такси я доберусь за пять минут до пересечения Тридцать шестой с Лексингтон-авеню. И стоить это будет пятьдесят центов, включая чаевые. Если пусто, я вернусь домой. Ехать?
- Да.
Я спустился в холл, надел шляпу и пальто, и пешком прошел квартал в северном направлении. На Десятой авеню я остановил такси, сел и назвал водителю адрес.
Напротив дома 145 на Восточной Тридцать шестой, во втором ряду стояла оборудованная радиотелефоном пустая машина. Я вошел в здание. В подъезде, в списке проживающих, Корриган был указан пятым. Я вошел в вестибюль. Этот дом скорей всего принадлежал когда-то одной семье, а потом его переделали в многоквартирный, с лифтом и без лифтера. Лифт стоял в подвале. И оттуда доносились голоса, но никого не было видно. Я вошел в лифт, нажал кнопку пятого этажа и поднялся наверх. Когда лифт остановился, я вышел. На площадке справа была всего одна дверь, и около неё стоял полицейский.
- Кто вы такой? - довольно неприветливо встретил он меня.
- Арчи Гудвин. Я работаю на Ниро Вулфа.
- Что вам нужно?
- Я хочу лечь спать. Но прежде должен убедиться, не провели ли нас. Мы сообщили об этом случае в полицию. Человек, который здесь живет, как он сказал, позвонил нам и велел слушать. Раздался звук выстрела или что-то очень похожее. Трубку он не повесил и молчал, и тогда мы позвонили в уголовный отдел. Мы не знаем, отсюда ли был звонок, поэтому я и приехал убедиться.
- А почему в уголовку?
- Потому что это может иметь отношение к делу, которое они сейчас расследуют. У нас там друзья - иногда друзья, иногда враги, сами знаете, как это бывает. Ваш напарник там?
- Нет. Дверь заперта. Он сошел вниз за консьержем. А что этот человек сказал, когда позвонил?
- Велел слушать, что произойдет. А потом раздался, похоже, выстрел. Можно приложить ухо к двери?
Зачем?
- Послушать радио.
- Я про вас знаю. Говорят большой шутник. Мне, что, смеяться?
- Нет, сегодня не до шуток. Я очень хочу спать. По телефону нам слышно было радио, и я хочу проверить, если вы не возражаете.
- Только не дотрагивайтесь до ручки двери.
- Постараюсь.
Он отодвинулся, и я приложил ухо туда, где дверь соединяется с притолокой. Мне хватило десяти секунд. Пока я слушал, лифт поехал вниз.