Без сомнения.
Как бы ни успокаивали меня ее слова, они не стирают того, что произошло. Не так-то просто забыть то, что произошло всего пять минут назад.
— Может, нам стоит посмотреть фильм, — говорит Коннор, печатая на своем мобильном.
— Нет, — говорю я. — Вы все были заняты своими делами. Просто возвращайтесь к ним
Не хочу прерывать их жизнь своей глупой ошибкой.
— Мы просто обедали, Лили, — говорит Роуз, ее рука прижимается к моей спине, направляя меня к дивану в гостиной. — Мы делаем это каждый день.
Да, но мне до боли хочется броситься в объятия Ло, ощутить хоть немного его твердости. Ладно, гораздо больше, чем немного. То, что я делала раньше, когда терлась о мебель — теперь звучит более желанно, даже если это и странно. Моя шея нагревается, чем дольше я размышляю о сексе в компании других людей.
Ло и Райк следуют за мной. Когда мы подходим к дивану, я на мгновение останавливаюсь, наблюдая, как Ло усаживается в огромное плюшевое кресло. Я представляю, как сажусь на него сверху, крепко обхватываю ногами, и он прижимается ко мне…
Мне нельзя ложиться на него. Я заставляю свои ржавые, скрипящие суставы согнуться и сажусь рядом с Роуз на диван. Коннор использует пульт, чтобы выбрать фильм на телевизоре, тишина сгущается, особенно поскольку я сижу прямо.
Ло тоже напряжен, и его глаза время от времени бросают на меня быстрый взгляд.
Все, не только мы, оцениваем странность. Осознаем, как несвойственно для Ло находиться там. В то время как я прямо здесь. Между нами большой отрезок пространства. Мы не вместе. Физически.
В наши дни такое случается редко.
Все бы хорошо, но все знают, почему я отдаляюсь от него. Я чувствую их осуждающие мысли в моей голове. Не могу поверить, что она хочет заняться сексом прямо сейчас.
Свирепый взгляд Райка говорит сам за себя.
Прежде чем Коннор включает фильм, открывается входная дверь. Я поднимаю голову над диваном и вижу, как Дэйзи входит с банкой Fizz Life в руке, опустив голову, набирает сообщение на мобильном.
Когда она ступает в комнату, она поднимает глаза и замирает.
— Эм... — она хмурится. — Было какое-то собрание или что-то в этом роде?
Ее лицо внезапно становится грустным, она думает, что её не пригласили на наше групповое собрание.
— Или что-то в этом роде, — первым отвечает Райк.
Дэйзи осматривает помещение. Ее взгляд перебегает с Ло на меня, замечая, что мы сидим не вместе.
— Вы двое... — она указывает рукой между нами.
Блин. Она думает, что мы раскрыли наш секрет.
— Я облажалась, — быстро объясняю я. — Ответила репортеру, не посоветовавшись с публицистом.
Ее зеленые глаза превращаются в блюдца.
— Мама, наверное, злится.
— Она выпускает пар, — поправляет её Роуз. — Ей просто нужно остыть.
Дэйзи ставит свою банку с газировкой на крайний столик и садится по другую сторону от меня.
— Что мы смотрим?
Коннор начинает перечислять названия фильмов, и я не обращаю на него внимания. Я ценю, что все они пытаются избежать темы c Celebrity Crush, но меня это все равно напрягает.
Смысл публичной свадьбы в том, чтобы успокоить моих родителей. Но если я сделаю что-то незначительное и все равно разозлю их, какое значение будет иметь этот брак?
Мой взгляд перебегает на Ло, и я понимаю, что он наблюдает за мной. Мне хочется прикоснуться к нему — не для секса. Просто чтобы позволить ему утешить меня, не нуждаясь ни в чем другом. Как узнать, достаточно ли я сильна для этого?
Он медленно отводит взгляд и с усилием переводит его на экран телевизора. Мое сердце разрывается на миллион частей, противоречащих друг другу до невозможности.
Я слежу за его движениями и переключаю свое внимание на фильм. Но мои мысли крутятся вокруг него, и я ловлю себя на том, что пытаюсь наблюдать за ним боковым зрением. Может быть, мне удастся поймать его взгляд на мне. Я замечаю все. Как напряженно он сидит. Как он ерзает или пытается устроиться поудобнее в кресле. Как он прижимает руку ко рту, скрывая выражение своего лица. Я замечаю, как он поглядывает на меня каждые несколько секунд, теми же самыми тайными взглядами, которыми я одариваю его.
И тут мне становится ясно, что я никогда не узнаю, достаточно ли я сильна, если не попытаюсь. Одна мысль поднимает меня на ноги и одним движением снимает тяжелое молчаливое напряжение. Все смотрят на меня, но я сосредотачиваюсь только на Лорене Хэйле.
Его грудь вздымается в сильном вдохе, когда я приближаюсь. Не раздумывая, я заползаю к нему на колени, и его руки инстинктивно притягивают меня выше и ближе, соединяя наши тела. Наши конечности переплетаются, пока я не перестаю различать, где начинаюсь я и заканчивается он.
Я прерывисто выдыхаю и кладу голову ему на грудь, его сердце так быстро бьется. Его пальцы крепко переплетаются с моими, и ритм его пульса замедляется, когда я закрываю глаза.
Любая жажда секса заглушается моей совестью, и это далеко не так плохо, как я думала.
Он целует меня в макушку, и я молюсь о спокойном сне, слезы наворачиваются на глаза всякий раз, когда я начинаю думать о том, что произошло.
Люди совершают ошибки каждый день, некоторые маленькие, некоторые большие, но мне просто интересно, когда я перестану их совершать. Или это на всю жизнь? Неужели мы все просто блуждаем по жизни, делая глупые вещи и пытаясь собрать себя воедино только для того, чтобы после снова продолжить свой путь?
Являемся ли мы результатом накопления наших ошибок?
Часть меня, к сожалению, так думает.
Мои неудачи определили меня больше, чем мои триумфы.
Но я не хочу жить в этой безнадежной реальности. Больше нет. Мне хочется быть совокупностью моих неудач, моих успехов, всех людей, которых я когда-либо встречала, мужчины, которого люблю, и жизни, которую я хочу. Мне хочется, чтобы меня определяло так много факторов, что ни один математик не смог бы их разделить на части.
Это была бы идеальная жизнь.
Не хорошая и не плохая.
Просто сложная.
19. Лили Кэллоуэй
.
0 лет: 06 месяцев
Февраль
Премьера «Принцесс Филадельфии» не могла быть просто тихим мероприятием в таунхаусе. Я насчитала более десяти камер, наводнивших бальный зал пятизвездочного отеля. Официанты снуют с шампанским и закусками, добавляя к массе тел и общей шумихи.
Моя мама здесь.
С моим папой.
И все их светские друзья.
Через несколько минут телевизоры с большими экранами вдоль стен покажут все наши выходки. И мы понятия не имеем, что будет показано.
— Значит, с этого момента мы будем в прямом эфире? — спрашиваю я у Ло, его рука лежит на моем плече.
Мы стоим рядом с комнатным растением, которое закрывает половину наших тел от линз камер.
— Не совсем, — говорит Ло. — Коннор пытался объяснить мне. Думаю, нас просто будут снимать каждый день, а потом воспроизводить кадры за предыдущую неделю.
Ого. Значит будет небольшая задержка, почти прямой эфир. Большинство шоу снимается за несколько месяцев до показа, и съемки заканчиваются до того, как первый эпизод выходит в эфир.
Но мы всё ещё снимаем, пока шоу показывают по телевидению.
Думаю, это только сделает всё ещё более безумным.
— Прячетесь? — спрашивает Райк, подходя к нам от бара с банкой Fizz Life и тарелкой шведских фрикаделек.
— Может быть, — говорю я. Мой желудок урчит при виде фрикаделек. Я так нервничала весь день из-за вечеринки по поводу показа, что забыла поесть.
— Присоединишься к нам? — спрашивает Ло с легкой улыбкой.
— Да, — говорит Райк, протягивая Ло банку Fizz Life, а затем передает мне фрикадельки. Они для меня? Я улыбаюсь и прежде чем успеваю поблагодарить его, он добавляет: — Если мне ещё минуту придется слушать, как Сэм Стоукс говорит о рекламе продукции Fizzle, я, блять, застрелюсь.