- Постарайтесь не потерять голову. Я знаю, что вы росли в семье, где за тратами беспечно не следят, но вы моя супруга и обязаны...
Дальнейшую часть наставнического бормотания Калеба Айла благополучно пропустила мимо ушей. Ничего нового он точно не скажет, а уж если платья дам так откровенно разглядывать нельзя, то почему бы не полюбоваться на туфельки? В моду вошли банты, это Айла поняла уже в Лейможе. Хорошо, что ее новые атласные туфельки украшены премилыми жемчужными бантиками!..
Наконец, добрались до покоев. Айла оценила, как расщедрился граф: при таком количестве народа в доме родне его светлости действительно отвели покои. Предназначавшиеся Вейтерам состояли из гостиной, двух роскошных спален, гардеробной (Айла поморщилась, представив, как жалко там будут смотреться их костюмы и платья) и ванной комнаты. В ванну подавалась подогреваемая магией вода. Магическими были и светильники, и перина на кровати, и, наверное, что-то еще, Айла пока не почувствовала. Ах, если бы с ней был ее дар... Но увы.
Кроме комнат, граф расщедрился на камердинера и горничную для гостей. Девушка Айле сразу понравилась: с хитрой мордашкой, курносым носиком и копной морковных кудряшек. Звали ее Мэри, и Айла чуяла в ней опытную разносчицу слухов и сплетен. То, что нужно! Калебу достался вышколенный малый, который в ответ на приказы просто кивал и быстро все делал.
- Нужно принять ванну, миледи, и приготовиться к вечеру, - щебетала Мэри, порхая вокруг Айлы. Калеб ушел, выказав желание пройтись в саду. – Какое платье вы хотите и какую прическу?
- Мэри, милая, - Айла обернулась к ней и взяла за руки, - тебе придется меня спасти. Я почти ничего не привезла из дома, мы выезжали в такой спешке... Наряды, купленные в Лейможе, конечно, далеки от идеала. Посмотри их вместе со мной и скажи, что лучше подойдет! Ты ведь знаешь нынешнюю моду, а я почти год провела в отрыве от двора.
- О! Но у вас безупречный вкус, - польстила ей Мэри, раскрасневшаяся от счастья, что госпожа ей доверилась. – Сегодня просто первый ужин, и хотя многие наденут лучшие драгоценности, его светлость тяготеет к большей простоте. Он оценит, если вы будете выглядеть достойно, но дорого. Я бы рекомендовала вот это. – Она указала на платье глубокого сливового цвета, украшенное белоснежной вышивкой.
Айла усмехнулась.
- Спасибо. Я бы и сама выбрала его, но мне хотелось понять, как умеешь видеть ты.
- Так это была проверка! – захлопала ресницами Мэри.
- Небольшая. Свои волосы я доверяю тебе без комментариев. Сделай так, как нужно: скромно и дорого. Я привезла свои девичьи драгоценности, пожалуйста, посмотри, там есть перламутровые гребни...
- Ты просто должен с нею потанцевать, - сказал Джастин Леннор, граф Аберкромби, поправляя воротничок.
Эйден, лениво развалившися в кресле и державший почти пустой бокал белого вина (что-что, а виноградники у Аберкромби изумительные), скривился.
- Если ты будешь пытаться свести меня с любой половозрелой свободной женщиной, клянусь, я уеду еще до свадьбы.
- Не получится. Ты мой шафер.
- Назначишь Абеля, он счастлив будет.
- Не дорос он еще мои шафером быть, - фыркнул граф. – А вот ты – в самый раз. Символ моего прощания с холостяцкой жизнью.
- Таким образом ты тонко намекаешь, что о моем нежелании жениться в ближайшем времени известно всему свету? Я и сам знаю.
- Я не намекаю, а, можно сказать, говорю напрямую. Эйден, - друг повернулся к нему, и на сей раз выглядел предельно серьезным, - ты и сам понимаешь, что моя свадьба – прекрасная возможность выбрать и себе супругу. Я пригласил тьму народу. Среди девушек наверняка найдется та, кто тронет твое сердце. Не может не найтись!
- Может, и легко. Хотя бы потому, что я не испытываю желания влюбляться. Стоит посмотреть, как размяк ты, и страшно делается.
- Надеюсь, ты шутишь.
- Конечно, шучу. Твоя Изабелла обворожительна, тебе правда повезло, Джастин. Но на меня не рассчитывай, я себе жену пока не ищу. Возможно, через несколько лет...
- Ты неисправим, - вздохнул граф.
Эйден и сам знал, что бесит друзей своим нежеланием исполнять долг перед родом; ну так он не золотой дублон, чтобы всем нравится и вызывать даже у близких людей исключительно позитивные чувства. Тот же Джастин был такой же, пока не встретил Изабеллу. Тут на друга, как любил говаривать Эйден, нашло помутнение, и вот пожалуйста – они все готовятся несколько дней праздновать свадьбу. Причем Изабелла как-то раз тихо обмолвилась Эйдену, что затеянное Джастином даже для нее немного чересчур. Хотя балы она любит. Только вот этот праздник обещает быть слишком уж грандиозным. «Согласен с вами, миледи, - ответил тогда Эйден, - но зато запомнится на всю жизнь». Тут Изабелла не могла с ним не согласиться. «Главное, чтобы в хорошем смысле запомнилось», - произнесла она с изрядной долей иронии, и Эйден стал еще больше ее уважать.