— Просто пришло время, малыш. Не ищи во всём потаённый смысл, окей?
Соглашаюсь с ним. Какая разница, что спровоцировало предстоящее знакомство с родителями? Главное — это наконец-то случится!
Двери лифта распахиваются. Прежде чем уйти, Назар привлекает меня к себе и жадно впивается в мои губы своими. Я успеваю погасить протест, тут же вспыхнувший в груди, и скованно отвечаю на слишком рьяный и чересчур пресный поцелуй. Хоть бы что-то внутри меня откликнулась, хотя бы одна клеточка тела взорвалась радостными фейерверками! Но оглушающая пустота страшнее самых диких эмоций.
— До встречи, Илана. Я буду скучать, — шепчет Назар.
Машу ему рукой, а затем, вздохнув от облегчения, разворачиваюсь. И мгновенно превращаюсь в пепел.
Дамир стоит неподалёку и, сложив руки на груди, пристально смотрит на меня. В его глазах я замечаю осуждение вперемешку с гневом. Значит, он нас видел. Боже, почему всё так сложно?
Я собираю с пола ошмётки гордости, цепляю на лицо вежливую улыбку и, кивнув Дамиру, прохожу мимо.
Он не останавливает меня. Не говорит ни слова, лишь сверкает своими невыносимо-карими глазами и хмурится. Всё же ему плевать на меня. Других объяснений его безразличию я не вижу. А те два поцелуя… Ну что ж, не мне судить об их искренности, я совсем не знаю мужчин и то, чем они руководствуются при осуществлении тех или иных действий.
Лучше подумаю о встрече с родителями Назара. Мне нельзя ударить в грязь лицом. Я буду очень стараться, чтобы произвести на них хорошее впечатление.
27
— Знакомься: Света, Анжела, Руслана и Катя. Из финансового с нами часто сидит Оля, но она сейчас на больничном.
Вероника представляет меня своим подругам, и я старательно пытаюсь запомнить их имена. Боюсь перепутать девчонок и назвать Катю Анжелой, например. Со мной однажды такое случилось, на первом курсе при знакомстве с одногруппниками. До сих пор помню, как было стыдно и неловко.
— Илана, помощница Гордеева, — смутившись, тихо говорю я, и подруги Вероники кивают, мол, мы о тебе наслышаны.
— Ты обедать будешь? — спрашивает, кажется, Руслана.
— Да, — киваю я. Желудок сводит голодной судорогой, а от вечного стресса и сомнений немного подташнивает. Мне нужно подкрепиться.
— О, тогда бери котлету по-киевски, она здесь безумно вкусная, — советует Руслана.
Я улыбаюсь ей и иду за едой. Овощной салат, картофельное пюре, огромная аппетитная котлета, томатный сок — примерно так выглядел мой рай в студенческой столовой, и точно такие же блюда я беру здесь. Возвращаюсь за столик, где о чём-то сплетничают мои коллеги, и начинаю есть. Не проходит и двух минут, как Вероника вспоминает о поездке в Берлин.
— Ой, а расскажи о командировке! Гордеев не сильно тебя гонял? — звонким возбуждённым голосом интересуется она.
— Нет, всё прошло… нормально, — с заминкой отвечаю я. Аппетит внезапно пропадает.
Отель, порочный взгляд Дамира, наш нескончаемый поцелуй и дрожь, сотрясающая тело. Мурашки бегут по спине, как только я вспоминаю события минувшей пятницы.
Вилка падает на тарелку, обрывая следующий вопрос Вероники. Перед глазами темнеет, в ушах раздаётся мерзкий гул. Я жмурюсь, делаю несколько глубоких вдохов, дрожащими пальцами хватаюсь за стол. Постепенно шум стихает, до моего сознания доходят встревоженные вопросы коллег, мягкие прикосновения Вероники к плечу.
— С тобой всё хорошо? Илана, ты меня слышишь?
— Сбегайте кто-нибудь за водой.
— А нашатыря случайно ни у кого нет?
— Анжел, ну кто в сумке нашатырь носит?
— Ну мало ли, вот у моей сестры ВСД, она всегда берёт с собой нашатырный спирт. Ей помогает, — отвечает, по всей видимости, Анжела.
Мне дают бутылку минеральной воды, я киваю и присасываюсь к горлышку. Девчонки настороженно смотрят на меня, волнуются даже те, кого я совсем не знаю. Приятно. Перед ними неизвестный человек, а они проявляют заботу, бегают за водой, про нашатырный спирт шутят. Чёрт, как мне, оказывается, не хватало социальных контактов! Я прихожу в себя и благодарно улыбаюсь каждой девушке.
— Спасибо вам огромное, — мой голос предательски дрожит, ну и ничего страшного. Я же не робот, могу расчувствоваться. — Мне уже лучше.
— У тебя вегетососудистая дистония? — хмурится Анжела.
— Нет. Вроде нет. Я к врачу не ходила.
— Зря, — ещё больше хмурится коллега.
— Ой, Анжел, если у тебя голова закружится — ты сразу побежишь в больницу с криками: «Спасите-помогите, у меня рак, инсульт и вообще я скоро умру», — закатывает глаза Руслана.