— Ничего, — грустно улыбаюсь я, — это отрезвило нас обоих.
— Я правда верил, что, как только Дина покинет мои голову и сердце, мы с тобой сможем быть вместе. Убеждал себя, что люблю тебя точно так же или даже сильнее, чем ее.
— Тебе было больно, вот ты и справлялся как мог.
— Используя тебя? Мне не нравится то, что я вижу, оглядываясь назад. С самой первой нашей встречи я пытался забыться, раствориться в общении с тобой. В то время как ты нуждалась в поддержке после случившегося на работе.
— Выходит, мы использовали друг друга? — приподняв брови, я смотрю на обескураженного этим открытием Федю и не могу сдержать смех.
— Почему ты смеешься? — удивляется друг. — Это нервное? Ты в шоке? Я — да.
— Мне нравится, что мы облажались примерно в равной степени, — широко улыбаюсь я. — Разве это не делает нас идеальными друзьями?
— Э-э-э, — растерянно протягивает Федя.
— Я всегда знала, что мы два беглеца.
— Правда?
— Конечно. Я боялась, что, как только один из нас перестанет бежать от прошлого и примет случившееся, наша дружба закончится.
— Почему ты так думала? Я бы ни за что не отказался от тебя. Наше общение… оно делает меня по-настоящему счастливым.
— Теперь я понимаю это. Мы не только оберегали друг друга от боли прошлого, но и вместе строили наше настоящее. Ты очень поддержал меня, когда я только устроилась в университет. Бывшие коллеги не одобрили мое решение, родителям я ничего не сказала. Так и вышло, что единственный, кто был на моей стороне, это ты.
— К счастью, мы с Диной работаем в разных местах, но многие из моих коллег были приглашены на нашу свадьбу. Я не рассказывал об этом, но первое время было непросто смотреть в глаза всем этим людям. Вероятно, по этой же самой причине они и сами начали меня избегать. Те, с кем, как мне казалось, у нас завязывается дружба, отдалились, и в конечном счете наше общение свелось к исключительно рабочим беседам.
— Ты ужасно скрытный человек, Федя, — укоризненно качаю я головой. — Мог бы и рассказать. В конце концов ты знал, насколько одинокая у тебя подруга, которая любит общаться с воображаемым собеседником в голове. Я бы поняла твои чувства, как никто другой!
— Мы совсем с тобой не похожи. Ты нравишься людям. Ты обаятельная и лучезарная. Притягиваешь к себе, как магнит. И с тобой совсем не трудно подружиться. Стоит тебе только захотеть, и ты запросто найдешь себе компанию, — заметив, что я собираюсь возразить, Федя поднимает руку. — Не спорь. Ты отдалилась от подруг по собственной инициативе, потому что была в конфликте сама с собой.
— Наверное, но я действительно устала притворяться, чтобы соответствовать их ожиданиям.
— А ты не думала, что это могут быть твои собственные ожидания? Вряд ли при знакомстве они выдвинули требования касаемо твоего поведения.
— Ты сегодня такой философ, — расплывшись в улыбке, я вдруг вспоминаю Влада — главного хейтера всего, что связано с философией. — Я подумаю над тем, что ты сказал, когда мы вернемся домой.
— Я собираюсь встретиться с Диной и выслушать ее, как только мы окажемся в городе, — уверенно заявляет Федя.
— Отлично! — восклицаю я. — Уверена, ты испытаешь облегчение, поговорив с ней.
— Надеюсь, ты права.
Собрав чемодан и пожелав спокойной ночи Феде, я выскальзываю из номера и спускаюсь к Владу. Когда он полчаса назад написал, что не отпустит меня без прощальной ночи, я раскраснелась и, ощутив прилив внезапной слабости, осела на кровать. Ничего не зная о любви и том, как она зарождается, мне нравилось верить, что именно так это и происходит.
Влад встречает меня, облокотившись на дверной косяк.
— Заждался? — уточняю я, с трудом сдерживая улыбку.
— Да, но мысль о награде за ожидание помогла мне скоротать это время.
— Я тебе не награда! — Возмутившись, я толкаю его в коридор и, закрыв за собой дверь, первая набрасываюсь на него с поцелуями.
— Похоже, не я один ждал этого момента, — смеется Влад, наблюдая за тем, как спешно я снимаю его спортивные штаны, а затем и боксеры.
— Я… — осознав, что веду себя как обезумевшая и изголодавшаяся по сексу фурия, я отстраняюсь. — Меня слишком взбудоражило твое сообщение.
— На этот эффект я и рассчитывал, — довольно улыбаясь, Влад придвигается ближе и кладет ладонь на мое оголившееся бедро. — Это первый раз, когда инициатива исходит не от меня.
— М-м-м, — бормочу я, — ну да, точно.
— Мне приятно видеть тебя такой.
— Какой?
— Сорвавшейся.
Подняв голову, я встречаюсь с его сверкающим взглядом, и в который раз за эти дни таю.
— Займешься со мной сексом? — спрашиваю я, сняв через голову единственное из имеющихся у меня летних сарафанов.