Они обнимают меня с двух сторон, и я вдруг ощущаю себя такой защищенной и любимой, как никогда раньше. Рядом с ними я больше не боюсь быть собой, больше не сомневаюсь в собственной привлекательности и ценности. И хотя где-то глубоко внутри все еще теплятся отголоски прошлого, сегодня утром я окончательно решила отпустить его навсегда.
Дима целует мое плечо, а Саша, взяв мои пальцы в свои, нежно перебирает их и тихо говорит:
— Ты даже не представляешь, какая ты удивительная женщина. Красивая, нежная, искренняя. И теперь ты наша. Мы никогда не позволим никому больше тебя обидеть.
От его слов глаза влажнеют, но я не даю слезам сорваться с ресниц. Сегодняшнее утро наполнено светом, нежностью и чувственностью, которую я давно потеряла и теперь с радостью впускаю обратно в свою жизнь.
Я замираю в их объятиях, наслаждаясь теплом и лаской, и понимаю, что ни за что не променяю эти мгновения ни на что другое. Рядом с ними я снова становлюсь живой, настоящей и, главное, счастливой.
Приглашаю вас в мою новинку мжм!
Я застала своего парня с другой и вместо извинений, он обвинил в своей же измене меня. Может быть, я и правда в этом виновата сама? Запустила себя… А все равно больно… Внутри все горит огнем боли и отмщения. Да, милый, я похудею и мы поговорим… Только меня уже так просто не отпустят те, кто в ту ночь так сладко меня успокаивали…
И те, кто стали моими персональными тренерами… Правда… Ночными.
Книга тут:
https://litnet.com/shrt/9quO
Глава 14
На небольшой террасе пахнет дождем, который шел сегодня ночью. Я выхожу босиком, в одной рубашке, закатанной до локтей. Доски под ногами чуть поскрипывают, а еще они прохладные, хоть солнце уже и пытается прогреть воздух. Легкий ветер ерошит волосы, а я, прикрыв глаза, на секунду замираю, чтобы просто почувствовать момент. Как, оказывается, приятно, когда тебе не нужно никуда торопиться. Не нужно думать о том, чтобы приготовить завтрак, потому что он уже стоит на столе: кофе, горячие тосты, джем.
Саша сидит за столиком в шортах и майке, развалился лениво, как будто мы где-то на юге, и это его привычное утро. В руках у него чашка, ноги мирно покоятся на другом стуле. Он смотрит на меня, не торопясь, с едва заметной ленивой ухмылкой, в которой я почему-то улавливаю скрытый подтекст. На шее у него замечаю слабый след от моих губ. Я улыбаюсь, потому что это выглядит довольно чувственно. Как подтверждение того, что этой ночью этот мужчина принадлежал мне.
Дима стоит у кофемашины, чуть нахмуренный. Похоже, пенка в капучино вышла не такой, как он любит. Но, заметив меня, на его лице сразу появляется улыбка. Он поднимает чашку и идет навстречу. Влажные волосы, легкая щетина, голый торс… Я ловлю себя на том, что любуюсь каждым его движением. Словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как он подходит, как останавливается напротив.
— Сегодняшнее утро похоже на начало фильма,— говорит он и целует меня в висок. — Только, черт возьми, без сценария. Я бы играл в этом вечно.
— Ну хоть не в драме, — усмехаюсь я, забирая чашку. — Хотя вчерашняя сцена в бассейне вполне могла бы получить «Золотой глобус».
— Это был пилот, — подает голос Саша, прищурившись. — Жанр — эротическая мелодрама. Или психологическая порка. А может, новый формат — лечебный секс. Для самых измотанных.
Я прыскаю в чашку от смеха, а Дима кидает в Сашу полотенцем. Они такие… живые. И легкие. И я рядом с ними понемногу оживаю, словно пробуждаюсь.
— Сегодня, кстати, ты главная звезда, — продолжает Саша, и его голос звучит ниже. Он смотрит на мои ноги, потом чуть выше — туда, где рубашка ненадежно прикрывает бедра. — Сцена завтрака на террасе. Камера, мотор… А ты такая вся босая, с кофе, чуть заспанная. Без белья, разумеется. Или я ошибаюсь?
Я закатываю глаза и сажусь за стол, делая вид, что проигнорировала фразу. Но он прав. Я действительно без белья, потому что не успела его надеть. И, судя по тому, как его взгляд скользит по ногам, Саша это точно оценил.
Дима ставит тарелку с блинчиками, которые появились словно ниоткуда. Следом — вазочку с фруктами, медом, сыром. Они все продумали. У меня на душе становится тепло: не от еды, конечно же, а жеста.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Дима серьезно.
Я чуть улыбаюсь, глядя на них обоих — таких разных, но одинаково внимательных ко мне.
— Хорошо.
— Мы не только о физическом, — дополняет Саша. — Говори, если что-то не так, если что-то не нравится или…
— Нет. Все… хорошо. Непривычно, — слегка тушуюсь, потому что даже говорить об этом немного стыдно. — Я имею в виду все это. Вас… двое.
Саша меняется в лице. Не смеется, не играет. Он встает, подходит, наклоняется ко мне и касается губами моей щеки. Мягко, едва ощутимо проводит по ней губами и приобнимает за плечи.