«Не переживай», — легко сказать. Если бы на кону не стояло моё сердце, моя душа… переживать было бы действительно не о чем.
Но Кассиан — это наркотик, смертельный и желанный, и я никак не могу оторваться от него.
Кэлли вдруг прищуривается, словно вспомнив что-то важное.
— А знаешь, что я ещё видела? — её взгляд становится заговорщическим, с ноткой какой-то недоуменной брезгливости.
Интересно, что ещё этот маленький шпион успела подсмотреть? В животе всё сжимается от дурных предчувствий.
— И что же? — произношу я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипит.
Кэлли оживляется, да так, что аж вскакивает с кресла. Смотрю ошарашенно на её глаза, они просто горят.
И что же она, твою мать, видела?
— Представляешь, я видела Энрико с Джулией, буквально вчера…
Энрико… Век бы его не встречать, особенно после нашей последней встречи, когда эти двое вцепились друг другу в глотки, как разъярённые волки. Когда этот ублюдок пытался изнасиловать меня, единственное, что хотелось сделать — кастрировать его. Окончательно и безоговорочно. И плевать, что он брат Кассиана.
Кэлли взмахивает руками, пытаясь изобразить что-то, и на её лице появляется странное выражение.
— Представляешь? Джулия кричала… — она кривит рот, явно не понимая, как объяснить, что именно она слышала. — Прямо как ты. Только Энрико… он как будто дрыгался. Как будто у него припадок!
Кэлли принимается дёргаться и махать руками, пытаясь изобразить брата Кассиана, и на миг мне кажется, что я сейчас расхохочусь.
— Было очень смешно, — продолжает она, стараясь сохранить серьёзное выражение лица, но её глаза выдают веселье. — Мне вообще показалось, что ему плохо. И да, меня опять заметили, когда я спряталась подслушать. Сабрина поймала меня в коридоре, но я успела кое-что увидеть. — Она делает паузу. — Энрико корчился, а Джулия кричала!
Стараюсь не засмеяться, но уголки губ предательски дёргаются вверх и из груди вырываются хрипы, как у раненого животного.
Боже, Кэлли, лучше бы ты ничего не видела! Но картина, которую она рисует, настолько абсурдна, что сдержать смех просто невозможно.
— Так папа тоже так дёргается? — в её взгляде я вижу ещё больше веселья, но в нём и полно любопытства.
Она смышлёная, и дважды два сложить ей не составляет труда, чтобы понять, что то, что происходит между мной и Кассианом в спальне, чем-то напоминает то, что она видела между Джулией и Энрико.
— Он… мы… — начинаю я, чтобы хоть что-то объяснить, если это вообще возможно. Нужно как-то выпутаться из этой нелепой ситуации, но слова застревают в горле.
И вдруг, откуда не возьмись, появляется Элли.
Ну слава богу! Самая большая заноза в этом доме, и моя спасительница.
— Так у кого там эпилепсия? — посмеивается она, наблюдая за нами с любопытством.
Кажется, она застала нас в самый "подходящий" момент.
Глава 43. Милана
Элли подходит к нам и плюхается на свободное плетёное кресло, как ни в чем не бывало. Её взгляд тут же устремляется на шахматную доску, где наши фигуры стоят в хаотичном беспорядке.
— Дайте-ка взглянуть, — говорит она, прищурившись. Её рука тянется к доске, и она без церемоний перемещает фигуру Кэлли, ловким движением сбивая мою ладью. — Вот так, сразу видно, кто тут профи!
— Эй, — возмущаюсь я, хотя в голосе больше шутки, чем злости. — Это нечестно! Ты же не играешь!
Кэлли заливается звонким смехом, её глазки блестят.
— Да ладно тебе, Милана, — хихикает она. — Ты всё равно скоро проиграешь.
Усмехаюсь, не в силах по-настоящему злиться. Кэлли умеет быть очаровательной, даже когда жульничает.
— Вот ещё, — парирую я, — посмотрим, кто кого.
Элли, кажется, не обращает внимания на нашу перепалку. Её взгляд становится серьёзным, словно она пытается разгадать какую-то загадку.
— Так всё-таки, о ком шла речь? — спрашивает она, с намеком на любопытство.
Кэлли тут же оживляется, словно только и ждала этого вопроса.
— Я видела, как Энрико дрыгался, а Джулия кричала!
Элли прыскает в кулак, пытаясь сдержать смех.
— Не обращай внимания, — говорит она, небрежно отмахиваясь рукой. — Это называется брачные игры. В мире животных тоже так бывает.
Усмехаюсь, хотя внутри меня бушует настоящий ураган эмоций. Элли умеет подкинуть дров в огонь, и делает это с удивительной непринуждённостью.
Но прежде чем я успеваю что-либо ответить, Кэлли наклоняет голову набок и выдаёт: