Делаю глубокий вдох и направляюсь к двери. Джанна смотрит мне вслед, и в её глазах я вижу нечто, что не могу расшифровать. То ли жалость, то ли предвкушение. Или, может, она давно всё знает? Знает о моих планах о побеге, о моей жажде возмездия?
«Бред какой-то… вряд ли она знает о моих планах, я стараюсь играть свою роль убедительно!», — заверяю себя я в мыслях.
Ладонь скользит по прохладному стеклу бутылки, впитывая в себя холод, чтобы хоть немного остудить пламя бушующей ярости.
Переступаю порог столовой, и меня тут же оглушает запах жареного мяса, пряных трав и выдержанного вина.
Стол ломится от яств — настоящее пиршество плоти и вкуса. Огромные блюда с антипасто: маринованные артишоки, оливки, вяленые помидоры, тонкие ломтики прошутто, уложенные на горки дыни. Тут же красуются тарелки с пастой, щедро политой соусом песто, и жареные лангустины, источающие аромат лимона и чеснока. В центре стола возвышается огромный запечённый окорок, с аппетитной хрустящей корочкой. Виноград, инжир, сыры разных сортов и размеров — настоящее искушение, пир во время чумы.
Я замираю не в силах сдвинуться с места. В голове проносятся обрывки мыслей, но все они тонут в волне страха и ненависти. Мои пальцы судорожно сжимают штопор, и он болезненно врезается в ладонь. Пытаюсь вдохнуть, но воздух словно застревает в горле.
И тут мой взгляд встречается со взглядом Кассиана.
Время застывает.
Он сидит во главе стола, как истинный король своей империи.
«И почему же он такой красавчик?»
Этот вопрос вонзается в самое сердце, вызывая приступ болезненной злости. Какое мне дело до вида этого чудовища? Чудовища, готового издеваться надо мной и моим братом...
Но я не могу не отметить, как безупречно сидит на нем чёрный смокинг, ещё больше подчёркивая широкие плечи и внушительную фигуру. Чёрные, как смоль, волосы зачёсаны назад, открывая лоб, а на сильном волевом подбородке играет тень.
И губы… Эти губы… что недавно касались моей груди, расплываются в лукавой, хищной усмешке.
Меня прошибает волна мурашек. Смущение и это невыносимое томление сразу охватывает низ живота, вызывая болезненную, какую-то животную реакцию на его присутствие. Щёки вспыхивают, как у нашкодившей девчонки, и от досады на себя хочется провалиться сквозь землю.
«Ненавижу тебя, Кассиан, ненавижу!» — мысленно кричу я ему, не в силах оторвать взгляда от его глаз.
Коньячный цвет, обрамленный густыми, чёрными ресницами, гипнотически притягивает. В них читается насмешка, превосходство и… какое-то странное, неуловимое предвкушение.
Я сглатываю, чувствуя, как ком подступает к горлу. Воздуха катастрофически не хватает.
— Non male! Appetitoso cagna! (итал. — Неплохо! Аппетитная сучка!)
Вздрагиваю от этих слов, хоть и ничего не понимаю по-итальянски, но чувствую, что в них нет ничего хорошего. Взгляд Кассиана становится более холодным, застывшим, будто ему не нравится внимание, переключенное на меня.
Мой взгляд переключается на обладателя этого низкого, немного приторного тембра… на другого мужчину, сидящего недалеко от Кассиана.
«Энрико… это точно Энрико!» — проносится в моей голове.
Сомнений нет. Этот мужчина слишком похож на своего брата.
«Слишкомпохожи…» — вздрагиваю я, не в силах отвести от него взгляда.
Отмечаю, такие же чёрные, гладкие волосы, зачёсанные назад, пристальные, коньячные глаза, которые, в отличие от глаз брата, не пытаются подавить эту… животную похоть? Слишком явно следят за мной. Пожирают каждую черту моего тела, хочется скрыться за спиной Кассиана.
Резко одергиваю себя. Я… ищу спасения за спиной Кассиана? Того, кто притащил меня сюда? Но почему-то… хочется именно этого, и я не могу понять своих желаний.
Тем временем мужчина берет свой бокал и, продолжая следить за мной из-под полуопущенных ресниц, отпивает глоток.
— Что значит "сучка"?
Наконец-то я могу оторвать глаза от братьев и посмотреть на маленькую Кэлли. Которая, в отличие от своего отца и дяди, смотрит на меня с восхищением и нетерпением.
«Не могу поверить, что она — дочь Кассиана!» — эти мысли снова не дают мне покоя.
Действительно, как у такого чудовища могло быть что-то настолько светлое, как дочь? Но если бы не абсолютное сходство Кэлли и Кассиана, я бы сказала, что это чужой ребёнок.
Возле Кэлли сидит Элли, и я, не сдержавшись, одариваю обеих искренней улыбкой. Они улыбаются в ответ.