— Случилось, — отрывисто ответил Марк, вырывая у меня из рук сумку, подхватывая под локоть и затаскивая в машину.
— Что?
— Надо поговорить, — неожиданно заявил Марк, когда захлопнул дверцу машины и водитель повез нас обратно к отелю.
— Я не могу, — я растерялась. — У меня поезд… Я опоздаю.
— Не опоздаешь.
Все мои возражения потонули в активных действиях босса, когда мы подъехали к отелю. Он просто не давал мне вставить слово, вытаскивая из машины, волоча через весь холл к лифту, затыкая рот поцелуем, словно неделю сидел на секс-диете.
Уже у номера я вырвалась и оттолкнула Марка.
— Прекрати! Ты снова всё испортишь. Я опоздаю из-за тебя, а на новый билет мне просто не хватит денег!
— Да ну? Так далеко собралась? Вот так и знал, черт тебя побери! Нет бы скромненько перебралась в соседнюю глушь, так нет, она купила билет в Антарктиду в один конец, нахрен!
Марк злился, а я не понимала с чего. Вроде мы попрощались утром. Вроде он ушел, даже не оглянулся. Почему вернулся сейчас? Почему злится?
— Почему у тебя отключен телефон?
Я машинально достала из кармана джинсов телефон. Так вот почему злится!
— Я сменила симку.
— Зачем?
Несмело подняла на него глаза, пожала плечами. Мне слишком трудно признаться ему, что во мне больше страхов и неуверенности, чем желания начать новую жизнь. Что я начинаю ее по чуть-чуть, вот с таких мелочей — билет на поезд, и он прав, в соседнюю область; с новой симки, чтобы не вздрагивать от страха, что это звонит с угрозами Витя, или не умирать от неоправданной надежды, что вдруг звонит Марк и хочет меня видеть.
— Я чуть не потерял тебя… Черт, Таша…
Марк сграбастал меня, отпер дверь и толкнул внутрь номера. Сумка полетела куда-то вглубь общей комнаты, а я оказалась пришпиленной к стене у двери. Босс как в самый первый день стал настойчивым и неуправляемым, нагло целуя меня и засовывая руку в джинсы.
— Не знал, что ты такая сексуальная в штанах, — ворчал он из-за тесноты джинсов. — Такая порочная, когда они облепляют твою попку. И в этом ты хотела ехать в поезде? — Марк отстранился, лучась возмущением. — С ума сошла? Тебя бы трахали всем вагоном! Дай угадаю, ты же сэкономила, плацкарт взяла?
Я смущенно кивнула, действительно экономила.
— Вообще без чувства самосохранения, — вздохнул он и одним резким движением сдернул с меня штаны.
— Ай! Марк! Ты что?! У меня поезд!
— Как же, поезд. Хочешь поиграть в паровоз? С удовольствием.
Он подхватил меня на руки и быстрым шагом понес в спальню.
— Марк, пусти меня. Я не шучу! Из-за тебя я опоздаю.
— Я тоже не шучу — ты никуда не едешь. Без меня. Я забираю тебя с собой. А теперь расслабься. Я чуть с ума не сошел, когда понял, что не могу отпустить тебя.
Сердце остановилось.
— Правда?
Оно не верило!
— Повтори, что ты сказал?
— Откуда перемотать?
— Скажи всё еще раз, пожалуйста?
— Таша, ты едешь со мной в Москву.
Из глаз побежали слезы. Сами. Я ничего не могла сделать с этой предательской слабостью:
— Правда? Ты? Я… Со мной?
— Вместе. Ты же согласна?
Я поспешно закивала, еще не в силах поверить, что это не сон, что такое бывает, что это происходит на самом деле! Господи, я боялась в это поверить!
— Только есть одно «но»…
Ну, вот и обрыв. Одного «но», как правило, достаточно.
— Утром мне придется полететь в Иркутск, и тебя я туда брать не хочу, мне там реально надо думать головой, а не другим местом. Когда ты рядом, голова вообще работать прекращает…
— Это плохо, — всхлипнула я, улыбаясь сквозь слезы.
— Вот уж точно, — криво усмехнулся Марк. — Поэтому я лечу в командировку, а ты с Гришей едешь в Москву и обживаешь мою берлогу. Сразу скажу, она тебе не понравится, она не живая. Так что, к моему приезду, вдохни в нее жизнь, как ты умеешь? Ну и найди место картине.
— Какой картине? — растерялась я.
— Своей моей.
В очередном припадке плача, я обняла Марка за шею и крепко-крепко прижалась, боясь поверить в происходящее. Но мой босс умеет быстро спускать с небес на землю и поднимать обратно. От вполне понятной нетерпеливости, он в спешке освободил меня от одежды, развернул к себе задницей и в следующий момент я выгнулась от его вторжения. Марк задвигался так быстро, словно сам опаздывал на поезд, тяжело дышал, подогревая мою реакцию, брал, не жалея впечатываясь в мои ягодицы пахом. А я могла только издавать стоны вперемежку с всхлипами, цепляясь в покрывало, чтобы удержаться на месте под его напором. Зарылась носом в постель и вцепилась в ткань зубами, чувствуя, что мой поезд пришел, но Марк, не останавливаясь, еще движется на полном ходу.