— А давай ты уложишь его здесь, и мы пойдем в спальню? — внес я поистине гениальное предложение.
Таша тут же закусила губу, с тоской посмотрела на прикрытую дверь спальни, и я сдался.
— Ладно. Иди укладывай, я в душ и застелю диван.
На ее лице мгновенно отразилось ликование. Она быстро поцеловала меня и как была голая, так и посеменила в спальню, воркуя над Димкой.
Этой ночью я был убедителен несколько раз, чтобы у Таши не осталось сомнения в том, что я ее хотел, хочу и буду хотеть постоянно! Я ждал, когда она взмолится о пощаде, но распутная сторона Таши сегодня решила выжать меня досуха.
Когда она села на меня сверху, взмолится готов был я. Но недолго. Я сидел на диване, прислонившись к спинке, она сидела на моих бедрах лицом ко мне и раскачивалась, вбирая член до основания и елозя сосками по моей груди. Более возбуждающего и заводящего микса придумать было нереально.
Медленные покачивания перешли в активные подпрыгивания и на пике я насадил ее бедра на член, извергаясь в нее.
— Ты принимала таблетку сегодня? — вдруг прострелило меня, после не помню какого по счету секса.
— Конечно… Кажется, да…
— Кажется? Или да? — я снял Ташу с члена, понимая ее с дивана и давая звонкий шлепок под задницу. — Или проверь и выпей. Я не против пополнения орастиков, но не за счет твоего здоровья. Дочку мы делать будем позже.
Я усмехался, уверенный, что она поймет мою шутку, но Таша застыла на полпути и обернулась ко мне.
— Дочку? — произнесла сиплым голосом.
— Тут я гарантировать не могу, но постараюсь.
— Ох, Марк…
— Таш, прими таблетку и возвращайся спать. Завтра с утра уезжать, а еще вещи собрать надо.
— Марк… Я никуда не поеду.
— Я думал, мы все решили?
— Нет, мы не договорили. Но я останусь тут. Екатерина Валерьевна уходит, и я займу ее место. Я не могу бросить интернат, Марк. Прости.
Тот выбор был самым трудным для меня.
Бросить Ташку с сыном я не мог. Отказаться от проекта в Европе тоже не мог.
Так что для тебя важнее, Марк Витальевич, семья или работа?
Самым очевидным решением, переломить мнение Таши. Надавить, заставить отказаться от должности, закрыть интернат, увезти насильно, в конце концов. Кто отказывается от Европы или столичной жизни ради захолустного городка?
Вот оказывается есть такие долбоебы, да, Марк Витальевич?
Я люблю эту женщину, я не хочу подавлять ее личность, более того, я понимаю ее болезненную тягу сохранить интернат, стать его сердцем, биться для сотни детей, для которых это дом, а она — семья.
И я не могу взять всех детей и отвезти в Европу, чтобы Таша была счастлива и при своих детях.
Та ночь была просто адовой. Не потому, что взвешивал кого мне оставить, тут наоборот не было никаких колебаний, я всегда выбираю семью, остаюсь с моими родными. Я за ночь пытался выстроить схему бизнес-процессов, чтобы вести все федеральные и международные проекты отсюда.
Начнем с того, что фирму мне придется вернуть, а Виталика оставить с носом. Сергей пойдет навстречу, ведь я вновь для него открою торговые вены оборотных средств не только по внутренним, но и внешним расчетам.
Надо будет купить дом. В этой квартире мы точно жить не будем.
Дом с несколькими гектарами земли для частного аэродрома. Встречи в столице и командировки в Европу я отменить не смогу, но и добираться по четыре-пять часов на машине времени нет. Лучше забетонирую посадочную полосу и куплю частный самолет, так будет быстрее.
Интернат… Раз уж Таша вляпалась в чужие проблемы, придется из разрешить, я покоя себе не найду, если останется не закрытый вопрос по делу.
Что ж, а фонд и дело губернатора останется в качестве развлечения в свободное от работы и семьи время. Ведь в этой дыре как-то надо развлекаться?
Утром Таша вышла с ребенком на руках. Провожать что ли?
— Ты чего проснулась так рано?
— Боялась пропустить твой отъезд.
— Я никуда не уезжаю. Раз ты остаешься здесь, то и я тоже.
— Но… Правда? Ты бросишь все ради меня?
— Стоп-стоп! Мы не говорили о «бросить всё». Просто это всё переезжает сюда. Какая мне разница откуда вести бизнес?
Более счастливой улыбки на лице Таши я не видел. Или видел? На свадьбе, да, точно! Тогда она точно улыбалась еще шире и счастливее!
Но до свадьбы я аннулировал сделку с Виталием, хотел подбить на это Сергея, но тот успел поженить Вику и Виталия, объединив капиталы. Пришлось в судебном порядке отматывать всё самому.
Виталий орал, брызгал слюной, обещал отсудить квартиру.