Я стискиваю зубы и снимаю перчатки. Эйден кричит, что уже направляясь к нашей следующей цели — дереву, но я не могу сосредоточиться на вырубке, когда опасность, кажется, приближается с каждой минутой.
— Спасибо, что рассказали мне и убрали этих придурков из нашего района.
— Для чего еще нужны друзья? — он проводит пальцем под козырьком своей каски, глядя на срубленное нами дерево. — Итак, кто они?
— Неприятности, — говорю я. — Это всё, что тебе нужно знать. Если это повторится, ты можешь позвонить мне? Не важно, как поздно.
— Конечно. Но я сомневаюсь, что они вернутся. Мы ясно дали понять, что им здесь не рады.
— О, они вернутся, и в следующий раз они не станут слушать, что бы там ни говорили. Они знают, что близки к своей цели. Они будут стараться ещё больше.
— Они хотят забрать Скай?
Я киваю и не собираюсь посвящать Лиама в ситуацию с Хэлли.
— Картер — её бывший муж.
Лиам переминается с ноги на ногу, принимая более широкую позу.
— Господи, Уэст. Ты вляпался с ней во что-то неприятное. Надеюсь, она того стоит.
— Так и есть, — отвечаю я, не успев подумать, но потом меня осеняет. Защищать её — это не просто инстинктивное желание защитить женщину, попавшую в беду. Дело не в защите того, что принадлежит мне, потому что я честно заплатил за неё. Речь идёт о желании, чтобы Скай была в безопасности со своей дочерью. Речь идёт о желании оставить её с нами после истечения срока действия контракта.
— Тогда ты позвонишь нам, если понадобится, хорошо? Таким мужчинам не место среди женщин. Им и здесь не место тоже.
Его поддержка не удивительна — Лиам хороший человек. Но ощущение себя частью более широкого сообщества, которое поддержит меня и моих близких в трудную минуту, возвращает меня в те дни, когда я служил, когда знал, что мои братья прикроют мою спину. О тех днях я бы предпочёл многое забыть, но только не это.
— Спасибо, мужик.
Он кивает, начиная натягивать на руки толстые рабочие перчатки. Когда Эйден снова зовёт меня, желая выполнить нашу норму, лес поглощает удаляющуюся фигуру Лиама.
В обеденный перерыв мы все собираемся, чтобы проведать Скай. Она быстро закрывает свой блокнот, как только видит нас, но Джек выхватывает его у неё из рук и уходит, несмотря на то, что она пытается вернуть его обратно.
— Вау.
У него отвисает челюсть и выпучиваются глаза, но, когда он показывает мне, на что смотрит, я понимаю, почему он удивлён. Она нарисовала нас по памяти: три лица, смотрящие со страницы на фоне нависающих деревьев. Это всё равно что смотреть на себя в зеркало, только я в оттенках серого. Каким-то образом ей удалось передать добрые глаза Финна и яростно стиснутые челюсти Джека. Ей передалась и моя настороженность.
— Это действительно здорово, — говорю я Скай, когда она откидывается на спинку стула, смиряясь с тем, что мы увидим, над чем она работает.
Финн плюхается рядом со Скай и обнимает её за плечи, притягивая ближе, чтобы поцеловать в макушку. Она мило краснеет и отстраняется, оглядываясь по сторонам, словно осознавая, что выставлена на всеобщее обозрение. Она начинает рыться в большом пакете, который принесла с собой этим утром, раздавая завернутые в фольгу бутерброды и разливая по чашкам дымящийся суп из термоса. В конце концов Джек возвращает ей рисунки с задумчивым выражением лица. Что-то в том, что она решила нарисовать нас, тронуло его, хотя он никогда бы в этом не признается.
Суп готовился из острых помидоров, фаршированных мягким перцем и измельченной курицей. Он очень вкусный и идеально согревает нас изнутри. Несмотря на беспокойство, которое терзает Скай, она улыбается, когда мы хвалим её кулинарию, и даже громко смеётся, когда мы все стонем от удовольствия при виде вкуснейших домашних шоколадных пирожных, которые она приготовила на десерт. Когда наши коллеги с завистью смотрят на неё, она достает большой пластиковый контейнер и раздает его всем. Если мужчины в этом заведении и опасались её присутствия здесь сегодня, то они быстро меняют своё мнение.
— Она — хранительница, — шутит Лиам, но подмигивание, которым он одаривает меня после этого, говорит о том, что он говорит правду.
Я знаю, что это так.
Я чувствую это нутром. Если мы только сможем вернуть её ребёнка, я смогу точно представить, какой женщиной она станет — такой женщиной, которая идеально впишется в нашу жизнь. Мы можем расти вместе, обвиваясь вокруг неё, как плющ на деревьях за окном.
— Итак, Скай, хочешь нарисовать меня? — Лиам поворачивает лицо из стороны в сторону, показывая свой профиль.