— Соберите отряд. Немного, чтобы не вызвать волнения во дворце. Пусть доставят припасы, лучников и снаряжение. Если Таррейн падёт, королевство потеряет надёжный бастион.
На второй день в замок Таррейнов прибыла небольшая группа — пятнадцать закалённых воинов, во главе с капитаном Ралленом. Они привезли ящики со стрелами, кольчугами, запасами соли и зерна, а также нескольких опытных лучников из королевской стражи.
Капитан вручил Эйрну письмо, запечатанное личной печатью Арно:
"Я не вмешиваюсь в ваши дела, но не оставлю вас без опоры. Надеюсь, что слова и сталь вместе сохранят мир.
Эйрн долго держал письмо в руке, потом взглянул на Владиславу:
— Он всё же человек чести.
Она тихо кивнула:
— И, может быть, друг. Несмотря ни на что.
Пока замок укрепляли, слухи ползли быстрее зимнего ветра. Жители пограничных деревень приносили вести: Рейс собирает разрозненные отряды наёмников, переманивая мелких южных баронов на свою сторону. Кто-то из крестьян рассказывал о тайных переговорах между Рейсом и главами нескольких южных кланов.
— Нам нельзя допустить их объединения, — сказала Владислава на совете. — Если мы дадим им время, они соберут новую армию.
Третий день встретил их серым, низким небом. Мороз сковал дороги, ветер нёс запах лесных костров врага. Стражники сменяли друг друга на постах, кузнецы продолжали точить мечи и латать доспехи, пока пальцы не начинали кровоточить от холода.
В полдень дозорные с башни заметили движение в южных лесах. Тени скользили меж деревьев, стягиваясь в плотную чёрную волну.
— Они идут, — сухо доложил Бернс.
Эйрн натянул перчатки и поднял меч:
— Время вышло.
Он посмотрел на Владиславу. Она, стоя рядом в тёплом плаще, сказала твёрдо:
— Мы готовы. Пусть приходят.
Эти слова эхом отозвались в сердцах всех, кто собрался на стенах замка.
И вскоре гулкий удар колокола возвестил о приближении врага.
Битва начиналась.
Битва
Порыв ветра сорвал снежную пыль с каменных стен замка, как белый занавес, открывающий сцену великой битвы. Тишина, висящая в утреннем воздухе, внезапно разорвалась боевым кличем. С южных склонов потекла чёрная лавина — войско Рейса шло в атаку.
Сначала — лучники. Их стрелы, словно стая чёрных птиц, заслонили небо, но защитники замка встретили их градом стрел в ответ. Щиты громко звенели от ударов, солдаты стояли плечом к плечу, не дрогнув.
— Держать строй! — громко приказал Эйрн, стоя на стене в боевых доспехах.
Рядом с ним Владислава, несмотря на тревогу в сердце, сохраняла спокойствие. Она подавала команды гонцам, посылая отряды подкрепления туда, где слабели ряды защитников.
Вражеские тараны ударили по южным воротам. Дерево скрипело, трещало, но пока держалось. Кузнецы бросили на укрепления все запасы железных полос, стягивая доски и балки.
На северной стене сражение было ещё яростнее. Там, где ворота были слабее, Рейс бросил своих лучших бойцов. Штурмовые лестницы поднимались одна за другой, но защитники сбрасывали их вниз, обливая врагов кипятком и маслом.
Владислава увидела, как Эйрн бросился вниз со стены, чтобы возглавить отряд, который едва не дрогнул под напором наёмников. Сердце её сжалось от страха, но она знала — никто, кроме него, не удержит этих людей.
Битва кипела уже несколько часов, снег, смешанный с кровью, стал багровым. Люди падали, вставали снова, сжимая мечи и топоры.
Эйрн, сражаясь в первых рядах, сдерживал натиск, но в какой-то момент стрела, пущенная из лесной чащи, пробила его доспех под плечом. Он пошатнулся, но не упал.
— Герцог ранен! — прокричал кто-то.
Владислава, услышав это, побледнела, но не позволила себе дрогнуть. Она быстро приказала отвести его в укрытие за стенами и созвать лучших лекарей.
Тем временем бой продолжался. Капитан Раллен, присланный королём, взял командование на южной стене. Его люди сдерживали натиск, несмотря на усталость.
Раллен, хмурый и решительный, прикрывал западную башню, откуда пытались прорваться всадники Рейса.
Под вечер, когда солнце скрылось за серыми тучами, воины Таррейна сделали последний рывок. Владислава приказала открыть потайной проход и внезапно ударить во фланг осаждающих. Этот манёвр оказался решающим: враги, не ожидавшие удара с тыла, дрогнули.
Трубы герцогства возвестили победный сигнал. Войско Рейса отступало, оставляя за собой только раненых и поломанные знамена.