— Они скорее приедут, чтобы высмотреть слабые места, чем отпраздновать праздник.
— Тем лучше, — усмехнулась Владислава, поправляя список приглашённых. — Пусть смотрят. Мы покажем им силу, а не уязвимость. А если захотят что-то украсть — пусть сперва попробуют вынести это через нашу охрану.
Бернс, стоявший в углу с видом обречённого человека, тихо добавил:
— Главное — потом не искать ложки по всему замку. На прошлый праздник одна куда-то исчезла.
— Это была не ложка, а стратегический запас для повара, — вмешался Клеменс. — Я её честно вернул. Через месяц.
Вечером герцог и герцогиня прогуливались по заснеженному двору. Снежинки тихо падали на их плечи, воздух был наполнен зимней свежестью.
— Всё-таки хорошо иногда просто идти рядом, — сказала Владислава, сжимая руку мужа.
Эйрн посмотрел на неё с теплом:
— Я бы хотел, чтобы таких вечеров у нас было больше. Без переговоров, без интриг.
— Это наш мир, — мягко ответила она. — Пока он есть — всё остальное переживём.
— Надеюсь, весна принесёт меньше сюрпризов, чем эта зима, — усмехнулся Эйрн.
— Весна? — Владислава хитро прищурилась. — Весна — это как новая глава книги: никогда не знаешь, попадутся тебе стихи или счёт за отопление.
Вернувшись в замок, Владислава нашла в кабинете новое письмо от короля Арно. Его печать была аккуратной, а почерк — чётким, сдержанным, но в строках читалось нечто большее, чем сухая политика.
"Герцогиня,
Ваши успехи в управлении замком и защитой южных земель внушают уважение. Двор склоняется к мысли, что в вас заключена сила и благоразумие, которых не хватает многим.
Я сам готовлюсь к встрече с лордами восточных земель, где неспокойно. Их доверие нужно завоевать так же, как вы завоевали уважение юга.
Прошу вас держать меня в курсе всех перемен в ваших владениях. Ваш голос на совете — опора для короны.
И, если позволите, от себя лично — пусть холод зимы не охладит вашего пыла. Иногда ваши поступки кажутся безрассудными, но, быть может, именно в этом и есть подлинная сила.
С уважением — и с признательностью, —
Арно."
Владислава аккуратно сложила письмо, задумчиво улыбаясь. Его слова напоминали о тонкой грани между союзом и дружбой, политикой и чем-то большим.
Поздно вечером, когда Владислава пересказывала письмо Эйрну, тот слушал внимательно, с лёгкой тенью ревности во взгляде, но спокойно сказал:
— Хорошо, что Арно держит совет в узде. Пусть его симпатия к тебе послужит королевству на пользу.
Владислава мягко коснулась его руки:
— Я давно сделала свой выбор, Эйрн. Политика политикой, а сердце знает, где его дом.
Эйрн улыбнулся чуть теплее и кивнул:
— Тогда давай жить дальше. Весна скоро — работы будет ещё больше. А я всё надеялся на отпуск.
— С нашей жизнью? — Владислава рассмеялась. — Разве что отпуск в амбаре с ведром картошки.
За окнами падал снег, тихо и спокойно, словно напоминание: сейчас — мир, но весной всё может измениться.
Замок преобразился: с самого утра слуги украшали залы еловыми ветками, цветными лентами и яркими свечами. Повсюду разносились ароматы свежей выпечки, пряных пирогов, жареного мяса и горячего глинтвейна с корицей и медом. Владислава, наблюдая за суетой, не могла не сдержать улыбку.
— Марта, эти венки не слишком кривые? — с притворной строгостью спросила она, глядя на украшения.
— Кривые венки — признак живого дома, миледи, — отрезала Марта, поправляя один из них. — А идеально ровные только в домах скучных людей, где никто не смеётся и не ругается с поваром.
— Я с поваром не ругаюсь, — сдерживая смех, заметила Владислава.
В этот момент из кухни раздался возмущённый голос Клеменса:
— Миледи, кто украл мою лучшую скалку?! Я вас уверяю, без неё тесто обидится и уйдёт в лес!
Эллира выглянула из-за двери:
— Она у Мэри, та раскатывает ей печенье для детей. Ваше тесто пока дремлет под полотенцем.
Клеменс вздохнул трагически:
— О, тяжела жизнь великого кулинара среди обыденных смертных...
К полудню начали съезжаться гости: лорды и дамы соседних владений, некоторые с доброжелательными улыбками, другие — с прищуренным взглядом, оценивающим зал, столы и поведение хозяев. Владислава встречала каждого с вежливой теплотой:
— Милорд Тенвел, как зимуют ваши виноградники?
— Замёрзли, как мои надежды на тёплую зиму, — буркнул тот, но, увидев её улыбку, смягчился. — Говорят, весна будет щедрой, а пока греемся, чем можем.
В зале звучала музыка, молодёжь танцевала, старшие обсуждали дела, перемежая разговоры бокалами вина и осторожными шуточками.