Вечером начали прибывать гости. Несмотря на то, что Её Высочество соизволила прислать своих лакеев, Алистеру всё равно пришлось встречать гостей. Вот только строить из себя радушного хозяина он не умел, да и не хотел особо. Усмехнувшись, осмотрел себя в зеркало. Парадный сюртук сидел, как влитой, придавая ещё больше мрачности лицу. Говорила ему когда-то Сюзан, что чёрный цвет ему не идёт. Но при дворе в моде сейчас как раз чёрный, так что дорогие гости — терпите. Он сознавал, что, пожалуй, похож на большого чёрного ворона, но никогда не расстраивался по этому поводу. Мужчине красота не нужна. Так говорил его отец, так уверяла его Сюзан. Хотя, впрочем, может Диарлинг считает по другому. Кто их знает, какие там, за границей, порядки.
На бал пришла вся диальская знать. Многих Алистер знал или помнил, но многие же были ему неизвестны. Раскланиваясь со знакомыми, он пропустил приезд королевской четы. И тут же поспешил исправить эту оплошность. Спускаясь по ступеням он поймал знакомые чувства ещё раньше, чем поверил в то, что такое возможно. И едва смог поприветствовать Их Величеств. Его мысли были заняты Диарлинг. Он бы, наплевав на этикет, бросился искать её в этой толпе гостей, если бы знал, что она нуждается в нём или хотя бы думает о нём. А может (на какую-то секунду Алистер даже поверил в то, что это правда) ей нравится столичная жизнь иона вовсе не против того, чтобы находиться во дворце?
Несколько мгновений, показавшихся вечностью, и он всё-таки спускается в бальную залу, чтобы поприветствовать Её Высочество. За ней, неотступной свитой стояли кандидатки во фрейлины. В другое время его бы позабавило, как они жмутся к стенам, растерявшись от сияния стольких свечей, блеска драгоценностей и бального шума. Но не сегодня. Сейчас он видел только Диарлинг в ослепительном бальном платье. Она стояла, ничуть не смутившись посреди бальной залы, как истинная королева, так, как стояла у него в доме в Римсе в простом платье служанки. Она не выглядела испуганной ни на каплю, скорее задумчивой. Алистер уловил грусть и усталость, пообещав себе, что это в последний раз и он больше никогда не будет по своей воле читать её чувства.
— Приветствую Вас, господин Эурелиус, — Принцесса вознамерилась кажется задержать его. Даже не читай он эмоций, всё равно бы услышал странные нотки в её голосе. Злость? Ревность?
— Ваше Высочество, — он склонил голову, мечтая об одном — чтобы принцесса скорее оставила его в покое.
— Вы не потанцуете со мной?
— Конечно, — согласился он, досадуя на себя, что не нашёлся сразу с достойной причиной для отказа.
И под восхищёнными взглядами женщин и завистливыми мужчин — повёл принцессу танцевать. Он обещал себе не читать чувства Диарлинг, как бы не хотелось. Но её отчаяние пробивалось сквозь все запреты. Он ей не равнодушен? От одного этого сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но он с невозмутимым видом вёл Её Высочество, проклиная всё на свете. Он объяснит ей всё, потом, после того, как закончится отбор, чтобы она была вольна в своём выборе.
Глава 14
С утра Диара проснулась усталая. Всю ночь ей снился Граций, гонявшийся за ней. После вчерашнего испытания, девушки никак не могли успокоиться. Всё здание жужжало, как растревоженный улей. Даже те, кто остался на отборе были недовольны решением принцессы.
— Сама просила, чтобы мы её развлекали, а потом всех выкинула из дворца, — ворчала Майла.
— Вот как, скажите на милость, нам теперь относиться к этим испытаниям? — Сотрясала воздух бессмысленными вопросами Мирра, одна из оставшихся девушек.
После второго этапа выбыло не так уж и много, но и осталась теперь только половина от всех прибывших девушек. Если так пойдёт, то скоро их останется всего несколько человек. А сколько будет этапов — никто не знает, кроме самой принцессы. Да и про этапы толком тоже ничего неизвестно. Диара спрашивала у Иниры, но ключница ничем не могла помочь. Её Высочество не поделилась с ней своими дальнейшими планами, поэтому она знала только общую канву отбора, такую как было принято. Правда раньше на роль фрейлин девушек отбирали из самой столицы из родовитых семей, а не из провинциального городка. Но Её Высочество была знатной оригиналкой.