— Опять намекаешь на мой возраст? Ай-яй-яй! — Шутливо погрозил пальцем старик. — Но я не так уж и стар, как ты думаешь. Ревматизм не мешает мне гулять под дождём.
Диара вздохнула и пошла собираться. Через четверть часа они с господином Виткорфом направлялись в лавку с травами. Войдя внутрь, она с наслаждением принюхалось. Показалось, что она снова в Римсе, а рядом стоит тот, другой травник.
— Так, Диарлинг, иди сюда. Сейчас я расскажу, как и что покупать. У господина Эурелиуса, наверное, ты выполняла немного другую работу. Но в нашей профессии ценно именно умение отличать качественную траву от подделки.
Диара подошла к господину Виткорфу, чтобы в ближайшие полчаса выслушать лекцию о качественных травах и когда их нужно собирать и в какие дни. Эурелиус никогда не рассказывал ей такие нюансы. То ли считал, что она недостойна, то ли предпочитал не забивать и себе и ей этим голову.
Наконец, когда экскурсия по лавке с травами была закончена, они вышли на улицу и Диара уже, было, вздохнула спокойно, её кто-то схватил за руку.
— А вот и ты. — Она вздрогнула и инстинктивно прижалась к господину Виткорфу, словно старик может её защитить. Какая глупость!
— Пустите меня!
— Нет уж, по приказу Её Высочества, мы должны доставить тебя во дворец, как одну из кандидаток во фрейлины. Отбор то ещё не закончен, моя дорогая, — прошипел Граций тихо. За его спиной Диара увидела стражников. Всё кончено.
— Отпустите мою работницу. Куда вы её ведёте? — Возмутился господин Виткорф.
— Не твоё дело. Молчи, если не хочешь просидеть в тюрьме остаток своей никчёмной жизни!
— Вы кто такой вообще? — Возмущённо выкрикнул господин Виткорф, но его уже никто не слушал. Да и что он может, с горечью думала Диара. Вот тот, другой травник, он бы мог… А впрочем, если бы мог, а точнее если бы хотел, давно бы уже заступился. Но на балу он вёл себя так, как будто она ему не интересна ни в каком другом качестве, кроме работницы. Впрочем, так наверное, и есть. Это она что-то себе придумала в очередной раз…
Алистер волновался. И злился на себя за это. И ничего не мог поделать. Если Граций и знал, где скрывается Диарлинг, то пока никому не открывал этого знания, а может быть специально водил его за нос. Если бы о его чувствах кто-то догадался, Диарлинг пришлось бы ещё хуже, поэтому Алистер молчал, изображая вежливую заинтересованность. Что думал Граций он не знал, но его мутило от волн самодовольства, исходивших от секретаря Его Величества.
Прошло несколько дней. Он не запомнил сколько. Алистер и раньше, увлекшись, плохо следил за временем, а сейчас ему и вовсе было не до того. Видеться с принцессой последние дни было пыткой — он ведь терял драгоценное время, но он молчал. Её Высочество по одной ей ведомой причине, решила устроить бал у него в доме, послезавтра. И он вынужден был терпеть и не ссориться, не показывать виду, как ему это всё надоело. Хотелось вернуться обратно, в дом, там в Римсе, который он уже давно привык считать своим. Но пока Диарлинг здесь, в руках у Грация, он просто не мог этого сделать.
А днём он снова почувствовал её. Волной страха и обречённости его снова накрыло с головой, так, что он едва вспомнил, где находится. И он не сомневался, кому принадлежал этот страх. Значит Граций всё-таки отыскал её. Алистер выпустил секретаря Его Высочества из виду утром, когда принцесса вызвала его к себе. И теперь лихорадочно пытался сообразить, где в последний раз он видел Грация. Кажется, южная дорога. Надо успеть. Почему-то это казалось жизненно важным.
Дорога тянулась необычно долго. Так долго, что он боялся почему то — может случиться непоправимое. Если бы он мог чувствовать Диарлинг когда хочет, но он слышал только отголоски её чувств и то иногда. Теперь он уже не сомневался, что принцесса была заодно с Грацием. Но зачем это Её Высочеству? Не важно. Ему некогда думать об этом. Сейчас главное успеть.
Какой там город по южной дороге? Но он не доехал до города. В нескольких милях от столицы Алистер почувствовал Грация, а потом и увидел его. От его довольного вида стало не по себе, так, что он даже сначала не понял, что девушка в скромном дорожном платье в окружении нескольких стражников — это Диарлинг. Настолько она похудела и осунулась с последней их встречи. Хотелось броситься навстречу, обнять, прижать к себе, увидеть улыбку, которую, наверное, даже время не в силах стереть. Но, проклятье, пришлось опять сдерживать себя.