Тогда юноша попросил его:
— Послушай, садовник, я странник, круглый сирота. Возьми меня, если можно, себе в помощники.
Садовник подумал: «Парень для всякой работы пригоден. Эх, была не была, пусть остается», — и сказал:
— Ладно, сынок. А коль так, иди приглядывай за садами.
Стал юноша ходить по саду да есть плоды, какие ему нравились.
Вот как-то раз дочери падишаха пришли купаться в пруду, который был посреди сада. Юноша тотчас притаился в кустах и стал потихоньку разглядывать девушек. А те об этом не знали. Скинули они с себя одежды и вошли в воду. Тут юноша увидел, что две из них постарше, а младшая в том же возрасте, что он сам, и необыкновенно красива. Девушки были в воде, а юноша тут как закричит:
— Эге-ге-ге!
Девушки оделись впопыхах и стали оглядываться, говоря:
— Вот, вот здесь кто-то шевелится.
Вдруг одна из них говорит:
— Ой, гляньте-ка, вон показалась плешивая голова. — И девушки погнались за юношей.
— Ай-ай, дочери падишаха хотят меня поймать, — закричал тут юноша и убежал, не дав себя поймать.
Девушки утомились и вернулись во дворец. Сидят они, расчесывают волосы — и вдруг входит в дверь плешивый и говорит старшей дочери падишаха:
— Дай мне гребень, я тоже причешусь.
А девушка отвечает:
— Чтоб ты сдох, проклятый плешивец, проваливай!
Попросил он у средней дочери, а та и говорит:
— Да пропади ты пропадом, проклятый плешивец, убирайся!
Тогда попросил он гребень у младшей.
— Ну что ж, ладно, дам я тебе свой старый гребень, — сказала девушка и дала ему гребень.
Взял юноша гребень, пошел в сад, снял с головы овечий желудок и расчесал волосы. А потом снова надел желудок на голову и отнес гребень девушке. Младшая дочь падишаха взяла в руки гребень, а старшие дочери скривились:
— Тьфу, выбрось теперь этот гребень, проклятый плешивец воняет.
Но младшая дочь внимательно оглядела гребень и увидела, что на том конце, где частые зубья, остался волос длиной в полторы сажени. Взяла она его, смотрит — волос-то серебряный. Поглядела младшая дочь на другой конец гребня, а там волос длиной в две сажени. Разглядела она его, а он — золотой. Поняла девушка, что здесь какая-то загадка, но не проронила ни слова. Завязала она оба волоса в узелок платка, положила в сундук и говорит сестрам:
— Пойдемте опять к пруду.
— Ах ты, дурочка, ведь мы только что пришли с пруда, — отвечали сестры.
— Но ведь плешивый не дал нам искупаться, — сказала младшая дочь. — Я пойду снова.
И она вышла. Пришла она в сад, стала искать плешивого — и вот наконец его увидела. Юноша спал под деревом. Девушка тихонько осмотрела его лицо и голову и заметила овечий желудок. Она хотела снять желудок, но побоялась, что юноша проснется. Тогда она осторожно приподняла рубашку плешивого, обнажила его живот и увидела, что он сверкает, словно тело юноши из света. Увидела это девушка да так и присела. Вернулась она домой и стала днем и ночью думать, как бы найти разгадку этого необычайного дела.
А падишах меж тем вовсе и не собирался выдавать своих дочерей замуж. Однажды девушки завели между собой об атом разговор:
— Ох, выдадут ли нас когда-нибудь замуж?
— Если хотите выйти замуж, — сказала младшая, — я научу вас, что нужно сделать.
— Научи, — попросили сестры.
Младшая дочь падишаха сорвала и принесла три дыни — одну высохшую, вторую чуть посочнее, а третью только-только поспевшую. Потом она положила их на блюдо, в каждую воткнула нож, а сверху все прикрыла платком. Блюдо она дала садовнику и сказала:
— Ступай передай это отцу. Это наш подарок.
Садовник унес дыни.
Падишах сидел, окруженный везирами и векилями. Садовник поклонился и попросил разрешения войти.
— Входи, садись! — сказал падишах.
Садовник протянул блюдо, которое послали девушки, поставил его перед падишахом и произнес:
— Вот твои дочери послали это тебе в подарок.
Падишах подвинул блюдо к везиру и сказал:
— Возьми, везир, открой. Поглядим, что за подарок прислали мои дочери.
А везир снова передвинул блюдо к падишаху и проговорил:
— Нет, падишах, это подарок твоих дочерей. Тебе следует открыть его самому.
Падишах согласился. Он приподнял платок и увидел три дыни, в каждую из которых был воткнут нож. Потрогал падишах дыни и обнаружил, что две из них уже высохли, так что и есть их нельзя, а третья — как раз только поспела.
— Вот так подарок прислали отцу эти девушки! — воскликнул падишах. — Неужели у них не нашлось ничего другого? Ну, везир, возьми да съешь, если тут можно что-то есть.