– Просто вспомнил, что труды этой госпожи, имеют в нашей империи множество поклонников, – невозмутимо отозвался инженер, – даже в лице господина Голицына.
– Через такие разговоры к власти в вашей империи придут якобинцы! Которые зальют улицы ваших городов кровью и вам уже не будет дела ни до этих земель, ни до самой империи.
– Вам-то тогда что печалиться? – проговорил Орлов вставая. – Вроде идет кто-то…
– Зараза из вашей империи может перекинуться и на наши земли, – процедил монах.
– Идет кто-то, все быстро за камни! – с жаром зашептал поручик, выхватывая из-за пояса револьверы.
Прошло несколько томительных минут, прежде чем в осторожно спускающейся фигуре они смогли разглядеть урядника.
– Ну, что там, братец? – спросил поручик, выходя из укрытия.
– Там, ваше благородие дилижанс в каменюках застрял, доложил тот, смахивая рукавом пот со лба. – Как ваше самочувствие?
– Все в порядке со мной, благодарствую, – озадаченно проговорил офицер. – А дилижанс то откуда взялся? Дорог то тут вроде нет никаких.
– Не знаю, но мы с кузнецом его в вашу биноклю хорошо разглядели – под четыре лошадки удуманный. Может они, по каким-то малозаметным дорогам его сюда пригнали.
– Ничего не понимаю – озадаченно пробормотал Орлов, приложив холодный револьвер ко лбу. – Откуда ему здесь взяться? Здесь же нет дорог! А ездовые? Вы их рассмотрели?
– Так, а ездовые лошадок распрягли, да к лесу подались, – развел руками казак, – но не индейцы – это точно.
– Ничего не понимаю! А где кузнец?
– Так схоронился он в каменюках, наблюдение ведет скрытое, я ему и биноклю оставил.
– Ладно, пойдем, глянем, что это за карета здесь объявилась, а ты, инженер, про караул не забывай.
Какого же было их удивление, когда поднявшись, они не обнаружили на месте кузнеца.
– Вот те раз, – растерянно пробормотал казак, озираясь по сторонам. – Куда же он мог подеваться?
– Я, кажется, знаю, куда он подался, – поморщившись, проговорил Орлов, глядя на стоящий поодаль дилижанс. – Идем.
– Вот ведь неслух, – сокрушался Степанов, едва поспевая за офицером, – я же запретил ему ходить к тарантасу одному. Вот ведь душа металлическая!
– Что же его так припекло? – со злостью спросил поручик. Внимательно осматриваясь по сторонам.
– Так он все гадал, из какой стали рессоры сделаны, да на какой манер крепятся. Все уши мне прожужжал, а один остался, да видать и не усидел.
– Видать, видать, – передразнил его Орлов. – Что-то его не видать нигде! Уж не в полон ли он попал?
Лишь подойдя к дилижансу, они обнаружили кузнеца лежащего у заднего колеса, уткнувшись лицом в камни, залитые темной кровью. Орлов держа револьверы наготове, резко опустился на левое колено, заглянул под дилижанс, затем запрыгнул на подножку, заглянув внутрь экипажа и только после этого, медленно обошел его вокруг, озираясь по сторонам.
– Ну, что с ним? – спросил он, подходя, глядя на ошеломленное лицо казака.
– Отошел раб божий, не исповедавшись, в одиночестве, – прошептал тот, закрывая убитому глаза. – Ножом в спину ударили, прямо в сердце угодили. Эх, какой мужик был, а мастеровой какой отменный!
– Он хоть, что-то успел сказать?
– Прохрипел только тихо, что добрый каретник делал этот тарантас и отошел, – смахнув слезу, прошептал урядник.
– И все?
– Все, ваше благородие… Какой же злодей на него руку поднял?
– Не знаю, братец, – пожав плечами, прошептал Орлов, – наверное, один из тех, кто эту карету сюда пригнал. Может в экипаже остался дружков своих дожидаться, а тут наш Василь объявился.
– Упокой, Господи, душу усопшего раба твоего и прости ему все согрешения вольные и не вольные, – бормотал казак подавлено, крестясь при этом. – Какого человека работного сгубили! Какие ножи и шашки он делал! У него в станице за его татаурами всегда очередь была.
– Послушай меня, урядник, – проговорил тихо Орлов, – лиходей, не мог уйти далеко. Наверняка где-то рядом схоронился поганец.
– Может, поищем? – встрепенулся казак. – Он ведь и биноклю упер!
– Уходить нам надобно, – со вздохом отозвался поручик, – не ровен час вернуться сюда дружки лиходея. У них вон и тонкомер наготовлен, что бы колеса из камней вытащить.
– Откуда они только взялись на нашу беду? Откуда дилижанс этот пригнали, а главное зачем? – недоумевал казак.
– Да, ты прав на такой телеге здесь не поедешь далеко, – кивнув, буркнул поручик. – Наверное, они этот дилижанс спрятать здесь хотели.
– Но почему?
– Я так смекаю, что принадлежит он китобойной компании, видимо американской. Они на таких дилижансах деньги возят, что бы с китобоями рассчитываться прямо на берегу.