Все происходило действительно быстро. Я метнула взгляд на сражение – Ларр и Эл слишком увлечены остатками охранников и Ри, чтобы заметить какие-либо изменения в рядах противника.
Я хотела крикнуть, позвать на помощь, но символы на решетке вспыхнули. Опоясывающие прутья пришли в движение, выстраиваясь в некий им ведомый ряд, подходящий для необходимого контура. Голубое свечение на миг погасло, а затем фонтаном вырвалось наружу, подбрасывая тело эрита инерцией вверх и тут же смывая его вниз. Истошный вопль оборвался на высокой ноте. Все. Пусто.
Я поймала себя на том, что часто-часто дышу и не могу остановиться. Вот так меньше, чем за минуту он принес в жертву ту, которая следовала за ним. А как же прорицательница? Он ведь тоже ее может убить. Я безуспешно всматривалась в лежащие тела, но не могла найти Лилу. Ее тоже оглушило? Она сбежала?
-Куда ты? – няня поймала меня за щиколотку. –Нельзя выходить.
-Мне надо найти девушку. Ее могут убить.
Пригнувшись, я выбежала из контура и направилась к стене напротив, где раньше находилась Лила. Короткое расстояние. Несколько бессознательных тел охранников, груда камней. Драка происходила дальше, поэтому я обоснованно надеялась, что до меня никому нет дела. Сейчас они остались двое на двое, устранив всех иных соперников и, как коршуны, щелкали клювами, угрожая друг другу.
Я медленно обследовала пространство вдоль стены, заглядывая под лавки, все ближе и ближе подбираясь к пяточку с четырьмя демонами. И когда я уже хотела все бросить и возвращаться назад, увидела ее. Тоненькая фигурка в черном балахоне лежала частично под лавкой. И это было гораздо ближе к демонам, чем я рассчитывала.
Опасливо посмотрела в сторону пяточка – на меня никто не обращал внимания. Села на корточки и гуськом стала пробираться к сокурснице.
Совсем недавно я раздумывала над тем, как можно рисковать жизнью ради кого-то, а сейчас не могла оставить прорицательницу. Откуда берется это чувство, как оно возникает и почему заставляет поступаться собой, я не могла бы ответить. Знала только, что Лила может погибнуть на моих глазах, а я всю оставшуюся жизнь буду винить себя за то, что ничего не предприняла.
Я села рядом с девушкой и похлопала по ее бледному лицу. Сначала нужно, чтобы она очнулась и оценила личное состояние, исключающее травму спины, с которой двигать больного запрещено. А там уж хоть левитацией перенести подальше, если сама не сможет идти.
-Лила, слышишь меня? – несколько несильных ударов по щекам. –Слышишь?
Ее ресницы задвигались, и она открыла мутные глаза.
-Тихо, -сразу предупредила ее, приложив палец к губам. –Надо выбираться. Двигаться можешь?
Лила пошевелила руками и ногами и неуверенно кивнула.
Цепляясь друг за дружку, все так же гуськом вдоль лавок, мы засеменили по обратному маршруту.
-Именем Короля, всем оставаться на местах! – звучно прокатился механический голос под сводом.
Я никогда в жизни еще не чувствовала такого облегчения от одной фразы. Гордой фразы, щемящей сердце от понимания того, что теперь мы под защитой. Спасены.
Мы поднялись и улыбнулись. Все закончилось.
Пещеру осветили сотни огней, начали появляться стройные ряды эритов в форменных темных одеждах, в их руках заряженные боевые амулеты, мерцающие белым цветом. Они входили, как герои, уверенные в своих мощи и власти.
-Предала, - горько усмехнулся главарь, разрывая тишину. -Убей ее и возвращайся.
Приговор прозвучал коротко и ясно. Он не назвал имени, но я прекрасно поняла, что речь идет о прорицательнице.
-Оставаться на местах! – повторил механический голос.
Ри, стоявший ближе всего к нам, молниеносно развернулся, поднес раскрытую ладонь ко рту и сдул прощальный подарок. Крохотные крупицы искр налету превратились в лепестки пламени и копьями полетели на поражение.
Я не успела подумать или что-то просчитать. Наверное, этого никто бы не успел сделать. Я просто шагнула в сторону и закрыла собой девушку, повинуясь сигналам мозга.
Боль наступила не сразу, сначала я услышала чужой крик, ноги сами собой подкосились, увлекая на пол. И только в момент падения я поняла, что от боли брызнули слезы и выключился свет.
Эпилог. У «верить» и «доверять» разные корни.
Мам, знаешь, я очень рада, что могу сейчас думать, чувствовать и улыбаться. Ты спрашиваешь: «Как ты, мое сокровище?», а я кладу голову к тебе на колени и жмурюсь. Как будто от яркого солнца. И прикрываю рукой глаза, чтобы ты не заметила, как в уголках собирается влага.
-Все хорошо, - отвечаю. –Экипаж на практику через два дня, вещи уже собрала. Очень грустно выезжать из общежития, где мы так долго жили с девочками. Сняли со стен наши графики, пометки, схемы – сразу стало очень пусто. У тебя так же было?