Продавцы джиннов
– Да перестань, откуда в такой дыре взяться хорошему джину?
Черный сапог пнул небольшой барханчик, тут же взвившийся красноватой пылью. После таможни за Ефремом Селиверстовым увязался местный подросток, и уже полчаса донимал космонавта, пытаясь выцыганить монетку-другую.
– Где ты видел на Марсе можжевельник, из которого делают джин, малыш? А может, хорошее зерно? Или хотя бы заводик, чтобы нахимичить более-менее приличную подделку, которая не разъест стенки желудка? - космонавт немного промолчал, потом снова пнул песок и скривился. - Вся ваша планета – одна сплошная красная пыль. Если бы не сталь с заводов Санрохо, никто бы сюда и не совался. Мне слябы нужны, а не сказки!
Космонавт отмахнулся и снова продолжил путь. Правда, шаг ускорять не стал. Больше года он мариновался в холодной консервной банке, в угоду бывшей подружке названной «Жаркой лагуной». Последние три десятка лет сухогруз курсировал между Бетой Хадара и Марсом. Из развлечений – коллекция старых фильмов, пересмотренных минимум трижды.
Сейчас, по дороге в офис компании, торговавшей особой сталью, необходимой для буровых корветов, мужчина был не прочь потрепаться с аборигеном. А заодно – поразмять ноги, если беседа приведет к новым полезным людям.
Уже три тысячи лет как человечество вырвалось в дальний космос. Проблема скорости была решена на основе теории Ленца. Энергию дал термоядерный синтез. С планеты Спящего Рака человечество получало графит и алмазы, с Фантома Беерзы – кремний и алюминий, а с Хатры Льва – титан и никель.
Но вот железа… На полутора десятка колонизированных планет, на удивление ученых, его оказалось не густо. Хотя все были долго уверены, что железо – один из базовых элементов Вселенной. Ну, помимо водорода, гелия, кислорода и неона, конечно. Такой нежданчик растянул экспансию на многие сотни лет. Последним крупным месторождением на материнской планете стали пески Королевства Марокко. Но после того, как они отдали последние крохи оксида железа, все стальные магнаты перебрались на Марс.
Да и юнец просто так не отстанет. Мальчишка впился, как хадарский клещ, оторвать которого можно было только с человеческой плотью. Ефрем знал: лишь выбрав стандартный список идей для туристов до самого донышка, гид может предложить действительно что-то ценное. И ради этого чего-то был готов сдержать порыв послать малыша подальше.
-Нет, господин, вы меня неправильно поняли. Я говорил о джиннах! Они исполняют желания!
Космонавт с сочувствием посмотрел на мальчишку.
-Сынок, такой большой, а все в сказки веришь.
-Я не вру! - выпятив грудь и сверкнув глазами, рявкнул фальцетом мальчик. Но практически сразу же сдулся. - Один золотой, господин. Если договоритесь с торговцем – мне еще два. Нет – пять!
Цепкий внимательный взгляд, стрельнувший из-под черных бровей, не ускользнул от Ефрема и не дал поверить в показное смирение. Артистизма пока маловато.
Ефрем осмотрелся вокруг, ничего особенного не обнаружив. Стандартный район, обычные дома и магазины. Люди спешат по своим делам, и за тридцать минут ни одно лицо не повторилось дважды. Встроенный сканер подтверждающе крякнул. Если его и ведут – то умело и тонко. Те, кто недавно пообещал поджарить ему пятки, таких спецов пока нанять не могли. Да и чуйка молчала. Спину никто не буравил.
-И откуда на Марсе взялись злые духи, малыш?
-Их порождает пустыня! Кстати, они совсем не злые, как у вас на Земле. Схитрить могут, да. Но убить – никогда.
Ефрем посмотрел в коммуникатор, который висел на правом запястье. В принципе, свободное время было. Да и счетчик пространства до корабля еще светился зеленым.
-Ну хорошо. Один золотой – если сведешь с торговцем. Еще два – если не соврал.
И снова малыш быстро смирил гордыню. Хотя в глазах прочитались не самые лицеприятные мысли. Кивнул и, будто растеряв позитив, понуро направился в дальнюю часть местного блошиного рынка. Часто оглядываясь и присматривая, чтобы гость никуда не срулил.
Минут через десять он подвел космонавта к магазинчику, где на полках была расставлена посуда восточного типа. Изящные кофейники, широкие блюда с пестрым орнаментом, пиалы, кальяны и даже десяток остроконечных крышек таджинов. Щелкнув пальцем по блестевшему медью чайнику, Ефрем снова скривился. На всякий случай перепроверил слух по керамической чашке, которую еще и повертел перед глазами.