Конечно, в скобочках под этим стишком, было курсивом и по-моему вверх ногами написано „пуговица“. Я опять оказался рядом с ванной и утонувшей сестрой. В общем, это все. Да… Именно с того ужасного урока, который преподнесла мне мама, я больше не мог купаться в наполненной ванне. Мама водила меня к врачам, но кроме совета „мыться под душем“ никто ничего сказать не мог. Но и залазить в ванную, чтобы принять душ, я смог далеко не сразу. Я никогда не говорил о причине моего страха, да и мама мне запретила рассказывать об этом. В общем то с того случая отношения мамы ко мне поменялось. Она почувствовала все-таки себя виноватой. Я все равно ее люблю. Люблю, но иногда ненавижу».
Марк хотел снова ответить что-то чужим голосом, но в данный момент это казалось глупым и неуместным.
«Сейчас я пережил все это снова, но только в своем мышлении. Это хороший шаг вперед. Теперь нельзя останавливаться. Я справлюсь! Мне нужно понять, что этой куклы нет в моей ванной. Бедная моя сестра. Из-за меня она могла не дожить и до года. Но ведь и я был еще ребенком. Почему все эти годы я виню себя, боюсь воды, боюсь ответственности?».
Первый раз Марк рассказал самому себе все, что произошло с ним в тот злосчастный день. С этого момента он как будто появился где-то еще. Появился. Проявился. Как проявляется фотография на бумаге, когда после выкладывания под увеличитель, ее опускают в первый раствор. Создалась какая-то новая страница или даже вторая книга жизни доктора — «Жизнь Марка. Том второй. Издание доработанное и исправленное».
Глава 19. Ульяна
Весенний воздух, который вчера, предвкушая тепло, с благодарностью вдыхали жители города, поднялся вверх и от земли снова тянуло холодом.
По краям дороги еще лежал снег. Но от белой зимней радости не осталось и следа — чернично-черный и какой-то засохший, он должен был уже просочиться в почву, впитаться ею, но стоял у порога и неуверенно топтался грязными ногами, не решаясь зайти и опасаясь, что его снова выгонят на мороз. А земля жаждала влаги, но не могла открыть дверь, заваленную снегом.
Начало весны, какое бы оно не было, обнадеживало Ульяну. Каждый год после окончания зимы Ульяна, словно воробьишка, с облегчением отмечала, что выжила. Она была счастлива, что ей хватило сил не впасть в депрессию, что получилось проходить три месяца в шапке и не возненавидит свое отражение в зеркале. Весна обещала Ульяне не только потепление и чистый асфальт, по которому снова можно ходить в туфлях на высоких каблуках, но и отпуск.
Работа дочери ветеринара заключалась в разработке рекламных кампаний и организации различных акций, в написании текстов. Она должна была придумывать пресс-релизы и сочинять красивые и вкусные описания продуктов для интернет магазина. До отпуска оставались считанные дни, и Ульяна торопилась, что называется, дойти до точки. До точки ей оставалось описать два продукта, закончить разработку рекламных баннеров и проверить отснятые видеоролики, проконтролировать рисование комиксов для журналов, которые она сама и придумала.
Описание продуктов Ульяна набирала в Word'e, уже особо не задумываясь: «Мягкое, белое, словно облако, кресло, стоящее на молодом еще неокрепшем сочном газоне. Впереди, всего в нескольких шагах, тихое спокойное море, сверкающее под весенними лучами теплого солнышка. Волна монотонно и равномерно лишь слегка размывает сливочный песочек на берегу. Где-то тихо играет блюз, приглушенный прибоем и тонким щебетанием каких-то неведомых лесных пташек. Перед вами белоснежная тарелка, края которой отражают голубое небо. На тарелке листья салата, свежий мелко порезанный огурчик и притомленный на масле молодой зеленый горошек.
Чего-то явно не хватает в этом сне! Вы начинаете ворочаться в кресле, отодвигая пуховые подушки в поисках самого важного составляющего. И тут слышите тихое потрескивание уже снятых с огня „Колбасок с курицей“ и сливочным маслом. Вот оно! Дуновением ветерка колбаски оказываются на вашей тарелке.