Кто бы мог подумать, что случай всё-таки наступит, появится шанс показать себя с лучшей стороны. Чтобы Татьяна наконец увидела, узнала чего он стоит и на что готов ради неё. Единственное чего Иван совсем не предполагал, что произойдёт знакомство при обстоятельствах, заставивших его в ещё большей степени пережить страх и даже ужас.
Глава 22
С самого утра, когда Татьяна пришла на работу, сразу решила действовать. Вытрусила на ладонь три белых таблетки из пакетика, посмотрела на них как на последнее спасение и закинула в рот. Судорожно глотнула воды. Постояла немного, подождала – ничего, никаких ощущений, и спокойно пошла в торговый зал.
Неожиданно за окном зашумел дождь. Он стучал в полутёмные окна и Татьяне казалось, что теперь вечер, а не утро. Редкие покупатели входили и выходили. Неохотно двигалась вдоль полок Татьяна, хотелось спать, но нужно разгонять состояние лени, надо работать.
Пожилая покупательница собирала сдачу, когда в животе у Татьяны кольнуло в первый раз. Острая боль пронизала внутренности, чуть не вскрикнув девушка схватилась за живот и замерла.
– Что с тобой? – испуганно глянула женщина.
– Да нет, ничего, ничего, – неуверенно произнесла Татьяна. Она прислушалась, всё прошло.
Когда женщина вышла, Татьяна подошла к окну, чтобы дернуть шнур ролеты, но в следующее мгновение новый виток боли схватил внутри, стал выкручивать. Это была уже другая боль. Резкая, постоянная, сплошная, она собралась в животе, разлилась на все конечности. Она не сковала движения, а даже запустила их. Стало вдруг ужасно страшно. Таня почувствовала как перекосило лицо, она отскочила от окна, села на стул у двери. Прислушалась. Всё ещё в неверии того что происходит.
– Ааа! – неожиданно для самой себя закричала Татьяна, голос её эхом пронёсся между полок магазина и быстро замер.
В ответ тишина.
Новый виток боли подбросил со стула. Татьяна ринулась в боковую дверь добежала до последней подсобки, с размаху, обеими руками толкнула дверь, чуть не упала в темноту. Едва различимые контуры кушетки. Девушка легла на неё и тут как будто раскалёнными щипцами кто-то стал ковыряться в животе. Она крутилась, выворачивалась, громко стонала в тщетной надежде, вдруг кто услышит. Знала, что не нужно кричать, пыталась закрыть себе рот, но ненадолго. Боль заставляла забыть осторожность.
Сколько прошло времени непонятно, казалось весь день она лежит здесь, кричит, но ни кто не приходит на помощь.
Внезапно стало ещё хуже, словно что-то оторвалось и проситься наружу. Татьяна чувствовала, как внутри неё разрывается плоть, ломаются кости, раскурочивает ноги. В последнем порыве она собралась с силой, попыталась снять джинсы, не смогла. Откинулась и стала судорожно ворочаться. В этих судорогах упала на пол. Холодный кафель заставил прийти в себя, темнота вокруг виделась почти нереальной. Татьяна не понимала очертаний, всё поплыло. Полутёмный проём двери, куда она смотрела с надеждой на спасение, мутным пятном вырисовывался недалеко, но неясно как добраться до этого спасительного проёма.
Она слышала собственный стон, свой крик в пустоту и не понимала, почему никто не приходит.
“Мама! Сашка! Света! Настя! Где вы все?! Почему не приходите, чтобы помочь? Чтобы спасти. Мама, где ты? Почему я не доверилась тебе? Почему сделала это, теперь умираю, в темноте на полу. Холодно. Вот и всё”.
Тень мелькнула рядом.
“Это он? Кто это?”
– Кто это?! – закричала Татьяна.
– Это я. Не кричи так сильно, – мужской голос в ответ.
Кто-то взял за ноги, потянул джинсы. Человек раздвинул ноги Татьяны. В последнем проблеске сознания она ощутила, как сдавило бёдра. Узлы, тугие, жестокие узлы. Кругом и всюду узлы. Он заматывал и стягивал. Зачем он делает это? Человек поднял с пола Татьяну.
“Кто это? Мама, где ты?”
Резкий свет в глаза.
“Лампа? Выключите лампу!”.
Утро. Татьяна приподняла голову. Пустые кровати, подушки уголком и запах, странный, неприятный. Больница.
“Этого ещё не хватало. Что за ерунда? Боли нет. Она ушла. Слава Богу. Значит всё? Закончилось? А если нет?”.
Дверь приоткрыта, заглянула медсестра.
– Проснулась красавица? С добрым утром, – приветливо улыбнулась она.
Татьяна попыталась улыбнуться в ответ и почувствовала себя хорошо.