— Ты сумасшедшая! — с ужасом в глазах произнесла Лера.
— Чем ныть, лучше попробуй, какая прелесть, — предложила Машка. — Ну куда тебе еще худеть? Ты и так прозрачная. — Она протянула ей ложку.
Черный горячий шоколад томно стекал в лужицу крем-брюле. Лера из последних сил пыталась не замечать его приторно-сладкого запаха. В животе у нее вдруг очень громко и настойчиво заурчало.
— Это знак, — шепнула Лера и схватила ложку.
Буквально через секунду от десерта не осталось и следа.
— Как думаешь, — Лера заговорщически пригнулась к Машке. — Если я закажу еще блинчиков с клубничным сиропом, это не будет слишком?
— Солнышко, — повела плечом Машка, — даже если ты сейчас разом съешь все, что у них есть на кухне, тебе это будет только на пользу. Ты же похожа на бездомного, которого полжизни не кормили. И потом, если уж начала, то добей по полной, чтобы надолго хватило. Хочешь, я тоже еще чего-нибудь закажу, для компании?
Лера обреченно кивнула головой. Машка взглядом подозвала официанта.
«Да, провокация чистой воды, — подумала Машка. — Но что не сделаешь ради „друга“».
Было около одиннадцати. Зал ресторана уже был полон. Гости, дошедшие до кондиции, становились все веселее и шумнее. Дамы, еще недавно сидящие в одиночестве, теперь не скучали. Чае пик, господа!
Несчастная, недовольная Лера, отпустив наконец свою «заплаканную» собачку на пол, тянула через трубочку пинаколаду (гулять так гулять!).
— Я ей говорю: ну что ты вцепилась в этого американца? Это же пустой вариант! — вещала она, дойдя, наконец, до нужной Машке темы. — Молчит, дура. Это, говорит, мое личное дело. Так, говорит, надо. Надо ей, видите ли. Да влюбилась, дура, вот и надо! Она довлюбляется так до еще одного ублюдка.
— Какого ублюдка? О чем ты говоришь? — спросила Машка.
— А ты что, не знаешь? Все знают. Связалась с нищим, ребенка родила. Ну не идиотка? А у меня такие планы на нее были!
Ослепительно улыбаясь, к ним приближался официант.
— Вам просили передать. — Он протянул Машке маленький листочек бумаги.
— Кто просил? — спросила она, разворачивая записку.
Как Машка и предполагала, их просили присоединиться к веселой компании молодых людей, в числе которых был жгучий «итальянец», уже битых два часа не сводивший с нее глаз.
От кого записка? — без особого возбуждения поинтересовалась Лера.
— От пары молодых людей за три столика от нас, — ответила Машка, не поднимая головы. — Нас приглашают в гости. Но нам, по-моему, и так неплохо.
— Так что мне им передать? — не сдавался официант.
— Передайте им привет, — наконец подняв глаза, улыбнулась Машка, и официант удалился относить «передачку».
Привет молодым людям понравился, они дружно просияли, послав девушкам воздушные поцелуи. Машка, как воспитанная леди, ответила тем же и сразу же вернулась к «работе».
— И давно Люба родила? — спросила она.
— Да уже года три назад. — Лера ножкой нащупывала под столом Сладкого.
— Что ты там делаешь, свинья такая? — вскрикнула она, заглянув под стол, отчего все резко обернулись в их сторону. Набриолиненный джентльмен, внешне напоминающий итальянца, со своего места кокетливо подмигнул Машке. Та приветливо улыбнулась в ответ.
— Так Люба живет с ним? — вернулась к разговору Машка.
— С кем — Робертом или с этим алкоголиком?
— Он еще и алкоголик? — удивилась Машка. Ей было трудно поверить в то, что умница Любочка имеет такой необычный вкус.
— Конечно, алкоголик! — во весь голос крикнула она, отчего все снова обернулись в их сторону. — А за кого еще можно выйти замуж по любви, если не за алкоголика? Пьет сутками, гад, денег ни копейки не дает. Да какие деньги, ты бы видела его!
— Но что-то она ведь в нем нашла, — возразила Машка.
— Так я ведь говорю — дура! Он видите ли ее любит. И кому она нужна, такая любовь!
Машка подумала, что Лере любовь не нужна никакая, в принципе.
— И как она сейчас с ними разбирается, со своими мужчинами? — спросила она.
— Да никак, — уже немного успокоившись, зевнула Лера.
— А ребенок с кем? Кстати, это мальчик или девочка? — Машка пока ходила вокруг, не форсируя события.
— Девочка, Дашка, — снова зевнув, сказала Лера.
— Очень милое имя, — улыбнулась Машка.
Лера достала пудреницу и стала тщательно намазывать губы перламутровым блеском.
— Дашка всегда при ней. Если Любка у себя дома, она тоже там. Если у Роберта, то и она там же. Американец вроде не возражает, даже наоборот. Своих детей нет, вот он с ней и возится.
— Что, хороший мужик? — спросила Машка.