— Будешь? — девушка протянула ей сигарету. Вика отрицательно покачала головой.
— Не курю.
— И это правильно, — сделав глубокую затяжку, сказала девушка. — Вредно! Да, на всякий случай, я тоже не курю. Ну, на тот случай, если мой принц спросит.
— А твой принц — это кто? Так, тоже на всякий случай, — почти искренне поинтересовалась Вика.
— Герман, конечно. Разве это не он тебя привез? — Девушка вскинула на Вичку свои волшебные глаза.
Вика решительно ничего не понимала. В голову закралась неприятная мысль, отчего она даже вздрогнула. «Только не групповуха! — подумала она. — Этого мне еще не хватало!»
— Послушай, — обратилась она к девушке, — я что-то запуталась. Не можешь ли ты мне объяснить, что я здесь делаю?
— Да не пугайся ты, Виктория, — махнула рукой девушка. Пепел с сигареты слетел на покрывало, и она привычным жестом стряхнула его на пол. — У Германа к тебе предложение есть. Если что-то не понравится, завтра тебя отвезут домой или туда, куда скажешь. О’кей?
— Можно вопрос? — не сдержалась Вичка. — Ты мулатка или что-то вроде того? Просто у тебя такая необычная внешность. Кожа темная, а черты лица, как у белой.
— А это как тебе больше нравится. — Девушка затушила сигарету и растянулась на кровати. — Мама у меня русская, папа араб, а я что-то среднее. Негров, насколько я знаю, у меня в роду нет, хотя я бы не отказалась. Предрассудками не страдаю. У меня есть друзья-черные, классные ребята. Да, кстати, я — Дана, — представилась она.
— Редкое имя, красивое, — сказала Вика. А ты случайно не знаешь, что за дело ко мне у твоего принца? Просто как-то все это странно.
Дана длинными тонкими пальцами взлохматила себе челку. Она пристально посмотрела на Вику.
— Знать-то я знаю, — ответила она своим чуть хрипловатым голосом. — Но сомневаюсь, что из этого что-нибудь получится. Герик говорит, когда тебя увидел, ему показалось…
Дана рассказала, что у Романа, младшего брата Герика, год назад умерла жена. Даже не жена, они не успели расписаться. Два года прожили вместе, а когда решили наконец зарегистрироваться, за несколько дней до свадьбы она разбилась. Поехала в Клин, свой родной город. Навестить маму. Рома за неделю до этого подарил невесте новую долгожданную машину. Раньше у Алены была старенькая неказистая «Шкода», а тут новенький «Мерседес» за сумасшедшие деньги. Хотелось похвастаться, вот и рванула на нем домой. Хотя в любом случае увиделась бы с родными на свадьбе. Навезла родственникам полную машину подарков, которые помогал выбирать жених, погостила пару дней и, в последний раз поцеловав маму на прощание, поехала обратно. Алена, как потом вспоминали, была неописуемо счастлива — глаза все время светились, улыбка с лица не сходила.
«Да ты сейчас взлетишь от счастья», — говорили ей соседские тетушки, а девушка только отмахивалась. Вот и взлетела. На подъезде к Москве выскочила на встречную полосу, и… сразу насмерть. Что ее потянуло на встречку? Какие только версии ни рассматривались потом, но главной неофициальной версией было то, что Аленку банально сглазили.
Что тут скажешь, причины для зависти, конечно, были. Аленка всегда было симпатичной, видной девушкой. В школе училась на одни пятерки, уводила у подруг лучших парней. Сама поступила в престижный московский вуз, устроилась на высокооплачиваемую работу и в конце концов обзавелась богатым любовником, который даже позвал замуж.
Впрочем, сейчас уже не важно, что стало причиной такого жестокого конца Аленкиной жизни: зависть, несоблюдение правил дорожного движения или просто судьба. У Аленки осталось двое любимых людей: мама, Роман и еще немецкая овчара Дюк, которого они с любимым завели почти сразу, как стали жить вместе. Эти трое остались совсем одни, когда она ушла… Роман регулярно навещал маму Алены, помогал деньгами, недавно даже купил ей хорошую однокомнатную квартиру в Москве. Только она, мама его любимой женщины, могла понять его горе, только она могла сказать ему то, что он хотел слышать, только с ней он не отказывался общаться последние несколько месяцев. Ну, не считая разве немецкого овчара Дюка, который тоже оплакивал хозяйку по-своему, по-собачьи.
Герман не мог не видеть страданий брата, много раз пытался поговорить с ним, но каждый раз наталкивался на стену. Друзья не раз то ли в шутку, то ли всерьез советовали Герману познакомить брата с миленькой заботливой девушкой, и он, подумав, решил воспользоваться их советом. И буквально в тот же вечер заметил Вику. У нее с Аленой было что-то общее. Похожие черты лица, фигура, даже необычная манера одеваться. Правда, Алена была блондинкой, а Вика на несколько тонов темнее. «Ничего, исправим», — подумал Герман и сразу принял решение.