Сыграли еще один вальс и еще, но Лонстон так больше и не подошел пригласить ее. Становилось уже поздно, и только что Александра решила уже вернуться в Роузленд за Психеей, как он снова оказался рядом с ней.
Через несколько минут они вновь кружились по зале. Лонстон танцевал превосходно, из всех ее партнеров сегодня с ним мог сравниться только Майлор Грэмпаунд. Она улыбалась не только потому, что он так легко вел ее за собой, но и потому, что платье матери позволяло ей необычную свободу движений.
– В чем дело? – спросил он. – Чему вы улыбаетесь?
– Это платье, – отвечала девушка тихо. – Оно такое легкое, что мне кажется, будто я летаю! – Она засмеялась. – Мне, наверное, не следует говорить вам такие вещи.
– Боитесь, что я снова спрошу, сколько на вас нижних юбок?
– Нет. Хотя я не сомневаюсь, что сегодня вы определили бы их точное число без труда.
Александра покраснела, осознав, насколько неприлично было ее замечание, поскольку оно явно наводило на мысль, как мало на ней надето – только тонкая рубашка и легкий шелк платья.
– И вы сегодня без корсета, – прошептал он, к вящему ее ужасу.
– Лонстон! Вы не должны так говорить!
– Должен признаться, что эта мода мне нравится. Хотел бы я, чтобы на женщин не накручивали ярды материи! Правда, есть кое-что в том, чтобы приподнимать юбку за юбкой, дабы обнаружить восхитительную ножку…
Александра с трудом перевела дыхание. И отчего только рядом с этим человеком у нее неизменно захватывает дух и она начинает испытывать совершенно непозволительные чувства?
Лонстон теснее привлек ее к себе.
– Александра, положите конец моим страданиям и согласитесь стать моей женой! Вы же знаете, я не дам вам ни минуты покоя, пока вы не согласитесь.
Александра ответила не сразу. Он был слишком близко, чтобы она могла отвечать спокойно и разумно. Желание, охватившее ее, было настолько сильным, что она на миг перестала дышать.
Она с трудом заставила себя вернуться к действительности.
– Лонстон, вы должны понять… Я не могу. И дело не только в пари.
– Знаю, вы вообще плохого мнения обо мне. Что ж, во многом я сам виноват, потому что не всегда вел себя в обществе подобающим образом. Что я могу сказать, чтобы переубедить вас?
Почему он с ней так откровенен, почему смотрит на нее так, словно судьба вселенной зависит от ее улыбки?
– Может быть, – сказала она тихо. – Может быть, со временем.
– Вы подаете мне надежду. Дело в том, что больше всего на свете я боюсь вас потерять – и поэтому должен вам кое-что сказать.
Александра широко раскрыла глаза. Новое признание?
– Вы держали еще одно пари на мою любовь?
Лонстон засмеялся.
– Нет. Тысячу раз нет. Клянусь вам!
Как странно, что она может шутить с ним на такую тему!
– Тогда о чем вы говорите?
– Не пугайтесь, но последние полчаса Энтерос стоит в дверях, наблюдая за вами.
Александра не могла не испугаться: во-первых, Энтерос здесь, а во-вторых, Лонстон не только видит его, но и знает, кто он.
Она слегка повернула голову. Энтерос поймал ее взгляд и насмешливо ей кивнул. Девушка отвернулась. Ей стало страшно.
– Вы знаете, зачем он здесь? – спросила она Лонстона.
– Я видел его в церкви в прошлое воскресенье, слышал его угрозы, а потом он прямо объявил мне, что собирается унести вас на Олимп. Таким образом я узнал, кто он. К тому же я вспомнил, как мальчишкой слышал его разговор с какой-то женщиной. Полагаю, это была его мать, Афродита.
– Вероятно, – пробормотала Александра.
– Та же красавица, которую вы видели в галерее?
– Да, но почему вы мне ничего не сказали?
– Я не сразу понял, что происходит и что мне делать. Зная о жестокости богов – до сих пор не верю, что они существуют на самом деле! – я решил держаться подальше. Мне вовсе не хотелось вызвать гнев Энтероса. Я хочу помочь, но не знаю, как это сделать, и подозреваю, что мне еще не все известно. Вы расскажете мне?
– Да, – отвечала Александра, – но не здесь. Мы могли бы где-нибудь поговорить с глазу на глаз?
Она взглянула на двери, надеясь, что им удастся проскользнуть мимо Энтероса незаметно. К ее величайшему облегчению, его там не было. Она сказала об этом Лонстону.
– Прекрасно, – отозвался он, тоже с видимым облегчением. – Пойдемте в зеленую гостиную.
Когда они поравнялись с дверями, он вывел девушку из толпы веселящихся гостей.
Они вышли в холл.
– Который час? – спросила Александра.
– Четверть десятого.
Усевшись в зеленой гостиной, она рассказала ему все: о своих видениях, о поцелуях Энтероса, о появлении Психеи, о несчастном случае с ней, о чудовищном замысле матери и сына лишить Купидона его любимой жены, о намерении Энтероса взять ее с собой на Олимп и о том, как ей пришла идея бала-маскарада.