Авдеев хмурится. Смотрит на меня, потом на стены и снова возвращает взгляд ко мне. Такие у него пронзительные голубые глаза, как будто сканируют.
Кусаю щеку изнутри, испытывая перед Мироном Витальевичем чувство вины. Зря я все-таки ляпнула про его геройство. Он по-мужски помочь хотел, а я, как вечно недовольная тетка, разворчалась вместо того, чтобы просто сказать спасибо и выпроводить уже всех из квартиры.
— Можете остаться у нас с Яной, — невозмутимо заявляет Авдеев и останавливается рядом со мной. В тесном коридоре от могучих плеч Мирона Витальевича меня отделяют считанные сантиметры. Даже воздух в квартире меняется, насыщаясь табаком, терпкостью и тестостероном.
— Исключено! — слишком звонко озвучиваю протест.
— Почему? У меня большой дом, на первом этаже есть гостевая спальня с отдельным санузлом, вам не о чем беспокоиться.
— Думаю, вам лучше уехать, Мирон Витальевич, — произношу, набравшись храбрости, которую источает мужчина напротив. — Я сама справлюсь со своими проблемами.
Авдеев качает головой и бросает взгляд в сторону кухни, где на столе его дожидается остывший ужин.
— Ладно, тогда мы останемся у вас, — он улыбается, довольный своей гениальной идеей. Нет, он даже сияет от восторга! — Есть лишнее одеяло и подушка?
Глава 5. Вино, кино, домино
Недовольно пыхча и бормоча что-то себе под нос, Дина Сергеевна все же закрывает дверь квартиры на замок и, вручив мне сумку со своими вещами, следует прямиком за мной и Яной к лифту.
Яныч спит у меня на руках, она взбодрилась ровно на пять минут, когда Дина начала собираться, а потом, увидев меня, отключилась после непродолжительных обнимашек.
На улицу мы выходим молча, я слышу напряженное дыхание училки. Она все это время старается на меня не смотреть — с подозрением обводит взглядом живую изгородь возле подъезда, будто кто-то может спонтанно появиться из кустов. Запугал я ее хорошо, а вот зачем — сам себе объяснить не могу.
Ничего бы страшного и не случилось. Нужно быть наглухо ебанутым, чтобы после моих угроз снова заявиться к Евсеевой, а Семен при всех своих отрицательных качествах на подобный экземпляр не похож. Слишком он мелкая сошка, чтобы выходить на конфликт. Это для обывателей звание капитана полиции значит много, а когда оказываешься в системе, быстро понимаешь, что у лейтенанта управлением выше гораздо больше полномочий и сил.
Дина Сергевна продолжает слишком громко думать, но из ее премилого рта не вылетает ни одного слова ни когда я открываю для нее переднюю пассажирскую дверцу, ни когда нарушаю скоростной режим, надеясь добраться до дома как можно скорее, ни когда мы заезжаем во двор, и я замечаю слишком явный интерес и неприкрытое восхищение домом от «помехи справа».
— Дайте мне пять минут, — прошу, открывая входную дверь и пропуская упрямую училку вперед. — Я уложу Яну в кровать и покажу вам комнату. Там перекрыта вода, нужно проверить, — не оставляя ей шанса возразить, жестом указываю в сторону гостиной и щелкаю выключателем. — Располагайтесь и чувствуйте себя как дома.
Дина стреляет в меня недовольным взглядом но идет в огромную кухню-гостиную, пока мы с Янкой поднимаемся на второй этаж. Переодеваю дочь в пижаму и укладываю в кровать, целую в щеку и приглаживаю волосы. Семь лет как батя, а иногда до сих пор не могу поверить. Яна дрыхнет и почти сразу устраивается в кровати так, как ей удобно. Оставляю ночник на минимальном освещении и выхожу из комнаты.
Спускаясь по лестнице, расстегиваю две верхние пуговицы на рубашке, распускаю манжеты и подкатываю их до середины предплечья. Училку нахожу быстро — она стоит у панорамного окна, выходящего на внутренний двор, и всматривается в ночную темноту.
Кроме Ангелины, женщин в этом доме не было. Дом построили незадолго до нашего развода, и семейное гнездышко быстро стало пристанищем одинокого холостяка. Лине осталась квартира рядом с центром, а мне — это место, которое ремонт в котором я заканчивал уже после развода.
— Утром вид из окна гораздо симпатичнее, — обозначаю свое присутствие Дине. Она снова стреляет в меня недовольным взглядом, но все-таки разворачивается.
Бессовестно задерживаюсь взглядом на потрясающей фигуре: тонкой талии и полных бедрах, упругой груди. Училка выглядит соблазнительно даже в тонком спортивном костюме. Все это умножается на тот факт, что она в моем доме. Я как дикий хищник, притащивший добычу в свое логово — радуюсь присутствию училки. Ей идет быть здесь.
— Надеюсь, вы не успели заскучать. Я не предложил чай, — подхожу ближе, ловлю шлейф цветочных духов, отмечая, что мне нравится. Мне вообще все нравится в строгой училке: внешность, голос, характер. Дина складывает руки на груди и бросает на меня скептический взгляд, от которого в штанах начинается легкая суета. — Кофе, — продолжаю перебирать, наконец заполучив толику внимания, — вино, кино, домино?