— Боюсь, я потом не расплачусь, — зачем-то продолжаю с ним флиртовать, будто сама только что не искала поводов закончить наш странный и до ужаса смущающий разговор.
— Я подскажу пару вариантов, — весело подмигивает Мирон. — Еще что-то? Небритости, беспорядок дома, хлопковые трусы вместо кружев? — один за одним перебирает мои следующие аргументы, щелкая их как семечки.
— Все вместе взятое? — невинно улыбаюсь, опуская подол платья, под которым прекрасно видно, что ноги у меня в идеальном состоянии, как и все остальные части тела. Дома я убралась, как только вернулась из школы, а белье… нужно быть самоубийцей, чтобы под атласное платье надеть хлопковые трусы вместо тоненьких стрингов телесного цвета.
— Ни на грамм не умаляет моего желания. Еще?
Мы почти подъезжаем к моему дому, а мои аргументы стремительно заканчиваются. На подставке загорается экран телефона, демонстрируя входящий вызов. Мобильный на беззвучном, а Мирон занят дорогой и не видит.
— Твоя бывшая жена, — выговариваю хриплым голосом контакт. Интересно, в каких они отношениях, что Авдеев так обезличенно подписал женщину, на которой когда-то был женат?
— А она здесь причем? — хмурится Мирон, переводя на меня взгляд.
— Она тебе звонит.
***
Мирон
Миссия бывшей жены — портить мою жизнь. Ангелина мастерски умудряется перетягивать одеяло на себя, даже находясь на другом конце света. Я не понимаю, как у нее это получается, но Лина срывает далеко не первое мое свидание, всегда объявляясь в самый напряженный момент.
Я все еще смотрю на училку, которая мрачнеет и втягивает голову в плечи, словно хочет спрятаться. Мы как два однополюсных магнита — только подступились друг к другу, и снова оказались отброшены силой по разные стороны.
Звонок обрывается, и я выдыхаю с облегчением. Не придется искать оправдание, чтобы не отвечать. Меня и Лину не связывает ничего, кроме дочери, а поскольку Яна сейчас с моими родителями, необходимости общаться с бывшей супругой нет.
— Потом, — коротко поясняю, выискивая свободное место поближе к подъезду училки.
Удача сегодня на моей стороне, и я заруливаю в только что освободившийся карман, ясно давая понять, что уезжать отсюда не планирую. Хотя интуиция мне подсказывает, что за доступ к телу еще придется побороться, и Дина просто так с истории с моей бывшей не съедет. Женщинам нужно сначала выклевать мужской мозг, прежде чем они дадут выебать себя. Такие вот основы психологии для чайников, которые понять можно только на практике.
Телефон снова звонит, на этот раз замечаю сразу же и сжимаю руль до скрипа.
Ангелина. Опять.
И мне хочется послать бывшую к черту, по крайней мере мысленно. Забить большой и толстый болт на ее вызовы и вообще отключить телефон, чтобы сосредоточить внимание на единственной женщине, которую я хочу этим вечером. И будь Лина простой бывшей, с которой мы не сошлись характерами и разбежались, я бы так и сделал. Но Ангелина еще и мать моей дочери, поэтому я просто обязан ответить на звонок. Не ради себя, а ради Яны.
— Извини, Дина, дай мне минутку, — сняв телефон, принимаю вызов.
Училка быстро отстегивает ремень безопасности и воинственно сжимает свою сумочку, больше напоминающую кошелек на цепочке.
— Спасибо, что подвез, Мирон, и доброй ночи.
Не успеваю даже поймать ее за руку — Дина стремительно выскальзывает из машины и быстро идет к подъезду, умудряясь не терять своей грации, а мне остается только смотреть ей вслед и кусать локти.
— Слушаю. Быстро и по делу.
— Мироша, а ты ничего не забыл?
По привычке начинаю прокручивать в голове все события: дни рождения, годовщины, остальные праздники, но быстро себя одергиваю. После развода у меня существует всего четыре главных праздника: дни рождения родителей, младшего брата и Яныча. Остальное как служба покажет.
— На память не жалуюсь, Лина. А вот ты не справляешься с задачей, — намекаю, что наводящие вопросы никак не попадают в категорию «быстро и по делу».
— Сегодня двадцать седьмое число, — продолжает играть в угадайку Ангелина, и меня вдруг осеняет озарением. Так она делает только в одном случае — когда ей нужны деньги.
— И? — достав пачку сигарет из бардачка, выхожу на улицу и опираюсь на капот машины.
— Я понимаю, что ты мог забыть, но мы договорились, что двадцать пятого числа каждого месяца ты присылаешь деньги, на которые я содержу твою дочь.
Сжимаю пальцами переносицу. Иногда Лина ведет себя так, как будто я насильно заставляю ее воспитывать нашего ребенка. И как будто я ее когда-либо к чему-то принуждал. Изначально я не планировал ничего серьезного с Ангелиной, думал, что это мои очередные легкие отношения после работы, которые приносят только оргазмы и радость.