Сменив свой учительский наряд на более удобные домашние штаны и растянутую футболку с огромной надписью «Гоголь», Вера отправилась на кухню. Из-за сегодняшнего разговора с Мартыновым она совсем забыла, что не ела целый день.
Вера не была голодна, стресс все еще давал о себе знать, но девушка решила, что перекусить нужно. Морить себя голодом она не собиралась.
Приговорив тарелку супа и любимый бутерброд из черного хлеба с маслом, Вера заварила самою большую кружку чая и отправилась в комнату проверять задания учеников. Оценки нужно было выставить только на следующей неделе, но Вера упорно не хотела думать о том, что произошло сегодня в кабинете директора.
Вера закончила проверять бумаги, потянулась и почувствовала, что пора спать, устала она сегодня сильно. Взглянув на часы, поняла, что точно пора на боковую: одиннадцать часов. Если не пойдет отдыхать сейчас, то завтра будет ходить вареная целый день.
Разобрав диван, Вера решила спать в футболке: сил переодеваться в пижаму не было.
Укутавшись в теплое одеяло, девушка надеялась, что сон придёт быстро, но ей не спалось. Перед глазами стояла одна и та же картина, и это не ситуация с оценкой...
Широкая спина, плечи и накачанные руки, обтянутые черной рубашкой – Вера не могла выкинуть этот образ из головы. Между ног стало необъяснимо жарко. Девушка свела бедра как можно сильнее, пытаясь унять ноющее чувство. Сгорая от стыда, она понимала, что возбудилась, думая про Тимура, чтоб его, Ильдаровича.
Медленно просунув руку под резинку домашних штанов и уже влажных трусиков, Вера медленно, не спеша, провела тонкими пальчиками по увлажненным губкам. Прогнувшись в спине, она медленно натирала набухшую нежную плоть. Перед глазами все еще стояла сегодняшняя картина с директором в главной роли. Спустя пару резких движений, девушка глухо застонала и откинулась на подушки. Тяжело дыша, Вера медленно достала руку из штанов. Тело немного потряхивало от оргазма. Вернувшись в реальность, Вера прикусила нижнюю губу, обняла подушку и сказала сама себе:
– Прекрасно, Вера, ты окончательно сошла с ума...
3.1
Глава 3.1
Утром Вера проснулась не в лучшем настроении. Всю ночь она ворочалась и заснула только под утро. Вид у неё был «не первой свежести». Выпив утренний кофе с бутербродом, девушка быстро закинула вчерашние бумаги в любимый рюкзак.
Сегодня она решила, что классические чёрные штаны и водолазка кофейного цвета будут очень кстати. Погода обещала быть «не ахти». Накинув свой старенький чёрный плащ и надев короткие ботильоны на низком каблуке, Вера покрутилась перед зеркалом и отправилась на уже не совсем любимую работу.
Остаток трудовой недели пролетел очень быстро. Подготовка к финальным экзаменам, сдача хвостов и перепроверка всех заданий, чтобы ничего не упустить. Вера гнала от себя мысль о разговоре с директором каждый раз, когда та пробиралась к ней в голову. Она была не готова даже начать думать об этом. Хотя думать было не о чем, Вера понимала, что это игра в одни ворота.
Утешало лишь то, что Мартынов не пытался продолжить тот разговор. Он вообще не проявлял никакого интереса к этой ситуации после чётких указаний, которые озвучил учительнице.
Девушка знала, что в любом случае нужно что-то делать. Мартынову нужен результат, иначе она может собирать свои книжки, паковать любимую кружку и выметаться из школы.
Вера понимала, что липовая оценка может сыграть с ней злую шутку в будущем. Это фактически криминал. Если кто-то узнает, ей придется уехать из города, и как можно дальше. Никто не хочет работать с продажным учителем. На таких людей невозможно положиться, им не доверяют и самое ужасное – их не уважают.
Но что будет, если она останется здесь? Мартынов сможет из неё веревки вить. Один раз прогнётся – и всё: будет рисовать всем избалованным деткам богатых родителей то, что они пожелают.
У Веры начинала болеть голова. Она прищурилась и потёрла пальцами виски. Нужно было принимать решение, и это убивало девушку. Больше всего она не любила блатников. Ещё в университете она поняла, что за деньги можно купить всё, кроме знаний. Что толку в купленном красном дипломе, если ты слово «русский» пишешь с одной С.