Тар ожидал бури аплодисментов, или хотя бы одобрительных криков, но ничего. Культисты только яростнее зашептались, приглядываясь и несмело улыбаясь друг другу. А когда жрец двинулся в обратный путь, мужчины, женщины и дети натянули обратно свои маски, закрывшись ими от внешнего мира и других людей, выпрямили спины и повернулись к пленными, - человечность ушла, остались культисты. Смотря сквозь прорези в ткани, они видели не людей, а просто мясо для Заготовки.
Заложников чуть-чуть, для острастки, отходили плетьми и выдали немного еды. Охранники разбрелись по местам, часовые вернулись на посты, и жизнь вернулась в привычную колею.
Ожидание оставшихся колонн шло тягостно. Пленным не разрешали двигаться, а любая слишком активная разминка могла быть воспринята охранниками как агрессия. Они нервничали и хватались за оружие по любому поводу. Поэтому Тар вел себя так тихо, как только мог. Он прятался за спинами взрослых и постоянно думал над тем, как ему бежать. Но пока что в голову ничего не приходило, только всякий вздор про то чтобы перегрызть веревки, наброситься на охрану и отобрать оружие.
И вот наконец вечером одного из дней дозорный, стоящий на дальнем от лагеря холме, вскричал и припустил бегом прямо к главарю ветки.
-Идут! - Кричал он, подпрыгивая во время бега. - Идут! Вижу факелы!
Главарь довольно улыбнулся, фыркнул в усы и хлопнул по кривому плечу ближайшего телохранителя.
-Отлично! Заготовка близко. - Он обернулся к своим людям и вскинул руки. - Готовьтесь! Остальные ветви здесь, они скоро будут с нами! А значит сегодня, - праздник!
Культисты поддержали главаря нестройным хором возгласов и разбрелись по своим делам. Пленные отреагировали на новость о появлении остальных культистов громким перешептыванием. Оно затихало, стоило только одному из охранников повернуть к ним голову. Лишь Тар всё вытягивал и вытягивал шею, пытаясь разглядеть приближающиеся колонны, но пока что он видел затылки и поля, с цепью холмов на дальнем их конце. Первые огоньки факелов там появились через несколько часов. В этот момент горизонт прорвался, словно бурдюк, пробитый зазубренной стрелой, и на холмах стало появляться всё больше и больше огней. Они заполняли всё как море, огибали холмы, затапливали долины, переваливались через овраги. Бесконечный людской поток, идущий прямо на них. В воздух поднялся шорох бесчисленных ног и шепот множества ртов. А в прогалинах человеческого моря, где не горел ни один факел, понуро двигались пленные.
В центре долины все ветви Культа встретились. Не было радостных криков и победных воплей, Дети Глада никогда не побеждали, даже если убивали всех противников до одного. Культисты просто смешались, тихо переговариваясь и изредка пожимая протянутые руки. Пленных согнали в несколько больших куч и окружили плотными кольцами охранников.
К колонне Тара подогнали толпу связанных по рукам и ногам пленных и усадили рядом. Судя по рубашкам с короткими рукавами, женским тогам и гортанному говору, этих людей захватили где-то на просторах Империи. Парень без особой надежды окинул взглядом соседей и, не найдя там ненавистного офицера, отвернулся.
Пленных стали рассаживать, подгоняя тычками и криком. Охранники часто силой распихивали людей просто в ближайшую кучу заложников. Именно так, получив чувствительный удар в бок, на землю рядом с Таром приземлился худощавый парнишка. Его костлявые плечи прикрыты изорванной тогой, а приятное лицо с горбатым носом сильно измазано грязью. Он затравленно озирался и с опаской посматривал на охранников, пытаясь согреть руки, сунув их между лодыжек. Но кое-что привлекло внимание Тара, кое-что отличное от окружающих его людей. Он заметил, что в глубине глаз соседа всё еще сверкает огонек интереса, и они не успели превратиться в два застоявшихся болота из страха и обреченности.
Культисты закончили разводить пленных и рассредоточились по лагерю. Они сбивались в небольшие кучки, обсуждали что-то, тихонько переговариваясь и потерянно расхаживали вокруг, постоянно озираясь. Нигде этим людям не было места.
Так же Тар увидел, как встретились главари разных веток. Он вспомнил, как встречались вожди разных племен, с громкими приветствиями и мощными рукопожатиями, и с жалостью посмотрел на эту унылую сцену. Истрепанные голодом, долгими переходами и постоянными тревогами мужчины тихо поклонились друг другу и тут же принялись что-то обсуждать, активно жестикулируя.
Единственные, кто проявлял хоть какую-то жизнь, были местные жрецы. Они расхаживали по лагерю с блаженными улыбками и внимательно всматривались в глаза встреченным культистам. А некоторые заходили в ряды пленных и изредка переговаривались то с одним, то с другим заложником. Тар с удивлением отметил, что они забрали несколько человек с собой, подняв их под руки и молитвенно склонив головы. Куда пленных увели дальше, паренек не смог разобрать.