Первое время Тар вообще не понимал, на что он смотрит. Какой-то странный подрагивающий комок мышц, напрыгивающий на железные прутья и лающий слова на непонятном языке. Только через несколько секунд он разобрал, что смотрит на скрученные, спаянные вместе десятки рук, перебирающиеся по клетке на тонких и твердых, словно гробовые гвозди пальцах. Тварь с тихим стуком ползала по клетке, изредка открывая рты, которые были скрыты за беспорядочно растущими в разные стороны руками. Оно шипело сквозь сжатые зубы, а иногда вскидывалось и издавало целый десяток реплик на непонятном, хрипящем и щелкающем языке. В эти моменты под кожей бугристых рук тускло загорались сотни рун.
Пленники замерли, во все глаза наблюдая за тварями, ползающими по клеткам. И все они были сшитыми, перекрученными, разодранными и слепленными снова. В темное небо скалились десятки лица, наплывающие одна на другое, землю топтали десятки ног и рук, брюха раззевались, как пасти, обнажая длинные, словно змеи, языки. И весь этот абсурдный анатомический цирк выл, кричал и визжал, пытаясь выбраться из железных узилищ. А шаманы любовно поглаживали свои творения сквозь прутья, нежно прикасаясь к скрученным мышцам самыми кончиками пальцев.
Где-то в этот момент красный человек, стоявший на постаменте, указал рукой на кучку пленных, и несколько охранников тут же кинулись к ним. Они вытащили крепкого высокого мужчину и поволокли его к кругу, изредка одаривая ударами дубинок и пинками. Пленник не успел испугаться, как оказался в круге, а с каждой стороны на него скалились лица культистов. Главный шаман картинно взмахнул посохом, и первая клетка открылась. Оттуда выбралось нечто, напоминающее сороконожку, только длинное тело состояло из десятка извивающихся человеческих торсов. А лапами служили руки, упорно подтягивающие монстра к кинутой в круг жертве. Пасть чудовища раскрывалась и спазматически дергалась, выпуская на свободу пять многосуставных рук, извивающихся и дергающихся в воздухе, словно плети. Мужчина, увидев тварь, окинул взглядом всех собравшихся культистов и, громко харкнув себе под ноги, кинулся в бой. Он налетел на монстра с кулаками и несколько раз со всей силы врезал по рукам-языкам, оставив болезненного вида синяки. Пленник видел, что сбежать у него не получится, и остается только драться. Жаль что бой был безнадежен, и вот уже мужчина падает на спину, а десяток торсов подминают его под себя и вдавливают в утоптанную землю. Руки тут же хватают упавшего за волосы, конечности, лицо, гениталии и начинают тянуть в стороны - сильно, рывками. Раздается громкий хруст, мужчина прекращает сопротивляться, а из-под изуродованного монстра брызжет кровь.
Гордый за свое детище, человек в красном ступает в круг и поглаживает его по одной из множества рук. Потом он подхватывает несколько оторванных у пленника конечностой и сильно прижимает их к боку извивающегося чудовища. Человек в красном сильно бьет посохом о землю и громко пропевает несколько строк на языке, на котором визжат и кричат твари - хриплом и щелкающем. В том месте, где прижата оторванная рука, тело монстра размягчилось и разошлось в стороны, словно рыхлая жирная земля под ударами лопат гробовщиков. Расщелина, хлюпающая и вздрагивающая, приняла в себя руку и всосала ее с громким чавканьем. Мужчина в красном пропел еще одно заклинание, и края раны сошлись обратно.
А шаман, стоящий на помосте, еще раз вскинул руку, указывая на пленных.
Так повторялось еще несколько раз: пленных отводили в круг и отдавали на заклание тварям из клеток. Люди кричали, бились, визжали, пытались убежать - всё едино. Каждого из них разбирали на куски и делали частью чудовища, а культисты кричали в экстазе. Это был их праздник, когда наконец не они сирые и слабые, когда наконец судьба подарила им тех, над кем можно возвыситься.
В клетке осталось последнее существо. Шаман вскинул руку еще один раз, и его длинный кривой палец указал прямо на Квинта. Пацаненок не успел и вскрикнуть, а его уже потащили к кругу, прямо через ряды пленных. Имперец визжал и кусался, пытался пнуть своих мучителей, но культисты отвечали только зуботычинами и ударами. А Тар быстро кинулся вперед и одним движением подхватил упавший из-за пазухи парня нож. Он кривовато улыбнулся и спрятал его под рубаху.
Квинта тем временем втащили в круг, и вот уже клетка медленно открывалась, выпуская на свободу нечто с покатой бочкообразной грудью, полностью закрывающей голову, приделанную где-то на спине. Тварь передвигалась боком, щелкая десятком ртов, расположенных на брюхе и широкой грудине. С каждым шагом оно все ближе подползало к имперцу, а тот активно отползал, быстро перебирая конечностями. Но когда между ними оказалось не больше пары метров, тварь резво прыгнула вперед, выкатив крепкую грудь в сторону Квинта. Она толкнула паренька на землю и тут же закружила вокруг, клацая зубами. Существо плохо видело и всё никак не могло ухватиться пастями за руки имперца, а тот крутился волчком, отпихивая монстра.