Культисты носились по лестнице туда и обратно, пленные дергались и визжали, а парень пытался вырваться на свободу, но всё было тщетно. Он не мог даже рукой пошевелить, и лишь от злости иногда пинал громилу пяткой. Удары получались едва заметными, но ничего больше молодой воин сделать не смог. И в один момент он понял, что силы уходят, - он устал вечно бояться, устал постоянно сражаться за свою жизнь, устал смотреть на жестокость, боль, и кровь. Парень оглох от постоянных криков пленных, и душа его словно очерствела. Если раньше она хоть иногда проливала слезы над судьбами попутчиков по несчастью, то сейчас Тар просто наблюдал за тем, как люди один за другим исчезают в жерле горы, а та завывает и дрожит от блаженства.
Он не дернулся даже тогда, когда Торкве указал на него посохом и ближайшие культисты бросились разрезать ремни и разматывать одеяла. Молодой воин не вырывался когда его подхватили под руки и потащили к постаменту. Всё, на что хватило его сил, это от души харкнуть в лицо шаману в красном, когда тот оказался достаточно близко. Только и тут у него не получилось, - Торкве даже не утерся. Слюна медленно стекала по его улыбающимся губам, а мужчина в красном буравил Тара неподвижным взглядом.
После короткой речи, которую парень даже не слушал, его потащили вверх по ступенькам. Обледенелый камень громко скрипел под подошвой ботинок, ноги так и норовили соскользнуть вниз, словно жаждали повторить судьбу измочаленных и разбитых жертв. Охранники молча тянули парня всё выше, изредка отвешивая ему пинок. Тар только огрызался и иногда дергал плечами, словно пытался освободиться.
Но тут оба охранника резко остановились. Они смотрели куда-то вниз, за спину пленному. Тар обернулся через плечо, и увидел как на подножье горы хлынули люди. Они скатывались к тропе, тут же вскакивали на ноги и шли в атаку, размахивая тесаками. На нападающих были маски из бочковых досок, пропитанных солью и кровью.
Тар заметил, как стоящий на постаменте Торкве машет руками, показывая охранникам, чтобы те не мешкали и продолжали путь. А парень понял, что если у него и есть шанс сбежать, то только сейчас.
Он собрал все оставшиеся силы и пнул первого охранника в колено. Культист пошатнулся, и с криком полетел вниз по ступенькам. Его тело билось о каменные углы, подскакивало в воздух, а в стороны гирляндой разлетелись старые, потрепанные ботинки, ржавый тесак и маска.
Второй охранник потянулся за оружием, удерживая Тара за плечо, но парень решил оценить как себя в бою покажет подаренная шаманом рука. Молодой воин буквально выпрыгнул с места, и резко врезал бронированным кулаком в челюсть. Голова мужчины дернулась назад и почти откинулась на спину, а шея с громким хрустом переломилась у самого основания. Охранник медленно заваливался назад, подтаскивая Тара за собой к пропасти. Парень быстро нашарил у него на поясе тесак, и одним резким движением отрубил руку культиста в локте. Труп дернулся, перевалился через каменный парапет и улетел куда-то вниз. А Тар развернулся и бросился вниз по ступенькам, навстречу поднимающимся культистам.
Первый воин бежал занеся над головой топор-колун, переточенный местными умельцами в секиру. И он не сразу понял, что произошло, когда его висок с треском проломился от удара свистнувшего в воздухе камня. Даже Тару понадобилось несколько секунд понаблюдать за падающим на спину культистом, прежде чем он оглянулся и увидел улыбающуюся до самых ушей имперскую рожу. Квинт махнул рукой и крикнул:
-Беги судя, бестолочь! Так бы на руках у этих дерьмоедов и болтался бы, если бы не я! - А потом он резко взмахнул рукой, и самодельная праща со щелчком отправила в полет очередной кусок камня.
Тар оглянулся, и понял, что добраться к убежищу имперца можно только по земле. Квинт прятался в высоком горном гнезде, расположенном справа от горы, где культисты пытались закончить свой ритуал. Поэтому молодой воин посмотрел вниз, на лестницу, по которой карабкались три человека, одним за другим, и криво улыбнулся. Они пытались укрыться от метких камней Квинта, и почти не смотрели по сторона, прикрыв голову оружием. У двоих из них рубашки уже пестрели кровью, а снаряды продолжали свистеть, заводя песнь имперских подворотен.
Тар глубоко вздохнул, и побежал навстречу противникам, как следует замахнувшись тесаком. Первый идущий ему на встречу культист увидел удар, и вскинул оружия, чтобы заблокировать. А молодой воин с разбегу пнул его в лицо ногой, опрокидывая на спину и посылая навстречу идущим следом противникам. Вся троица задорно покатилась по каменной лестнице, разбрасывая в разные стороны искривленные от переломов конечности, а Тар побежал вниз. Он остановился только для того, чтобы сунуть тесак за пояс и подобрать с земли короткое копье, потерянное одним из культистов.