– Бесплатно! – быстро ответил Тинк. – Подарок от заведения в честь знакомства.
– Спасибо, - повторила альтаирка. – Вы… Вы не обижайтесь на Крэха, он со всеми такой!
– Я знаю, - кивнул Турус, - меня предупредили.
Он помедлил, не решаясь задать вопрос, потом все-таки отважился.
– Господин Доддль и дома… гм… такой суровый?
– Особенно, когда выпьет, – не стала лукавить жена надзирателя. – Пьет он, правда, каждый день…
– Да-а… - вздохнул Тинк. – Это проблема. Как же вы уживаетесь? Малыш как? Ему, поди, тоже достается под горячую руку?
– Бывает! Ради него и терплю… - альтаирка, будто испугавшись собственной откровенности, вдруг заторопилась. – Что ж, спасибо, господин Турус, за лекарство! Вы уж извините, что я с таким неприятным визитом, но эти правила не мной заведены – не мне их отменять!
– Нет-нет! Ничего, я не в обиде! – замахал руками Тинк. – Знаете, если мы с вами познакомились, не мог бы я предложить вам одну редкую вещь?
Турус чувствовал, что вступает на очень тонкий лед, но когда-то это все равно пришлось бы сделать.
– А что это?
– Мой прапрадед, тоже аптекарь, открыл одно удивительное средство, секрет которого передается из поколения в поколение. В других аптеках вы его не найдете, гарантирую!
– Та самая Пилюля Счастья? – недоверчиво улыбнулась жена Доддля. – Это же сказка!
– Не совсем так. Это средство помогает изменить жизнь, и чаще всего она меняется именно к лучшему. Попробуете?
– Оно дорогое? – заколебалась альтаирка.
– Очень! – признался Тинк. – За одну капсулу я беру сто монет, но если пациент остается недовольным результатом – деньги возвращаю. И, само собой, я одновременно помогаю вернуть прежнее состояние. Это совсем несложно, поверьте!
– Значит, риска никакого?
– Ну-у… - усмехнулся Турус. – Риск есть всегда. Жизнь вообще штука опасная и для всех без исключения смертельная. Но, как говорится, нельзя изжарить яичницу, не разбив яйца! Ну, так как?
– Знаете… Деньги у меня, конечно, есть. Но, боюсь, мужу совсем не понравится, как их потратила!
– Сейчас я ничего с вас не возьму! – пообещал аптекарь. – Захотите, отдадите после, не захотите – все равно я по договору с Доддлем должен обслуживать вашу семью бесплатно. Уж не разорюсь от одной капсулы! – усмехнулся он.
– Чем черт не шутит…
– Тогда подождите минуту!
Турус чуть не вприпрыжку поднялся по лестнице в жилой этаж, сунулся в холодильник. Там, в пластиковом боксе, хранилось его самое дорогое лекарство, расфасованное по стеклянным пробиркам. Вытащив одну и зажав его в кулаке, чтобы согреть, он спустился в аптеку.
– Извините, мадам, но лекарство нужно принять прямо здесь, - пробормотал он, передавая пробирку женщине и наливая ей полчашки кофе. – Его нужно запить!
Бросив на него последний сомневающийся взгляд, альтаирка вытащила пробку и выкатила крошечную, чуть больше горошины, капсулу.
– Не разжевывайте! – предупредил ее аптекарь. – Иначе все насмарку!
Женщина забросила лекарство в рот и сглотнула. Турус протянул ей чашку, сразу потерявшуюся в ее громадной черной ладони.
– Спасибо, - через секунду она отдала ее пустой. – И все?
– Да, - кивнул аптекарь. – Я думаю, лекарство начнет действовать к вечеру. Не удивляйтесь, если сначала испортится настроение, потянет в слезы – так часто бывает, но быстро проходит. Ну, а если станет уж совсем невмоготу, заходите ко мне. Обсудим ситуацию, примем решение. Хорошо?
– Да, конечно!
– Мам, я устал стоять! – вмешался в их беседу младший Доддль, до того лишь робко переминавшийся с ноги на ногу. – Нам еще к мяснику идти и к молочнику!
– Хорошо, Донни, сейчас пойдем!
– Донни Доддль – красивое имя у мальчика! – Турус достал из шкафа завернутую в яркий фантик тянучку. – Держи!
Проводив взглядом выходящих альтаирцев, Турус опустился на стул и начал откручивать крышку термоса. Что ж, как говорится, с почином!
Он уже допивал кофе и раздумывал над возможностью второй чашечки, когда в аптеку зашла знакомая ему Тильда. Впрочем, ее знаменитой разноцветной гривы сейчас не было видно из-под темного платка, который она придерживала под подбородком. Да и ходила она совсем по-другому, подволакивая правую ногу. Если бы не ее ярко-красная микроюбка, узнать девушку оказалось бы совсем невозможно.