– Я хочу с вами, сэр, – ответил Сёрэн, и слово «хочу» устами мальчика было произнесено с особой эмфазой, словно уста его изрекли священное слово молитвы.
– Тогда делаешь, что я скажу, но при этом думаешь собственной головой, Сёрэн, – такая вот нетривиальня задача. Подошвы кроссовок покажи, – Сёрэн послушно поднял ногу. – Попробуй, по брусчатке скользит? Нет? Ладошки не потеют? – ракшасенок отрицательно мотнул головой, почему-то слегка зарумянившись. – Пошли обратно на Сильвер Стрит.
– А Господин Майерс тоже с нами?
– Условно говоря, да. С ним разберемся. Это один из тех моментов, когда искренне радуешься, что он модифицированный…
Трое нелюдей быстрым шагом отправились обратно по Тремпингтон Стрит мимо Корпус Кристи, где Сёрэн на секунду залип, глядя на золоченые часы «Хронофаг» с чудовищным кузнечиком за стеклом антивандальной витрины, которые вот уже семьдесят лет всем желающим внимать напоминали о бренности жизни и скоротечности времени. Йорн дернул подельника за рукав и сурово глянул, после чего Сёрэн уже не смел отвлекаться. Возле церкви святого Ботольфа они свернули на Сильвер Стрит, более тихую, безлюдную и скудно освещенную, чем основные туристические магистрали. На Куинз Стрит фонарей еще меньше, что было весьма кстати. Трехэтажные кирпичные дома, парикмахерская и дорогой салон динамической биолюминесцентной татуировки, мужские сорочки, кирпичная стена сада при колледже Святой Екатерины, напротив сада – Старая библиотека Куинз Колледжа с башенками времен Генриха VI, по которым было бы достаточно удобно взобраться на крышу, но Йорн не был уверен, что Сёрэн сможет благополучно перепрыгнуть на Докетт Билдинг. Около ворот для технического персонала Йорн сделал знак Сёрэну остановиться, а сам наклонился к Господину Майерсу, отстегнул поводок и тихо сказал псу:
– Майерс, иди вдоль дороги вперед, потом слева будет решетка. Понял меня? Решетка, – Йорн указал на решетку сада на противоположной стороне улицы. – Вот такая же, только узкая. Пролезаешь через решетку и прячешься в кустах, – разговаривая с собакой, Йорн неестественно активно жестикулировал, стараясь наглядно изобразить различные предметы, с которыми Господин Майерс должен был столкнуться по дороге. – И ждешь нас. От чужих убегай. Понял? Решетка, потом кусты. Сидеть в кустах, – не-человек и не совсем собака пристально посмотрели друг другу в глаза. Майерс как будто посерьезнел и посуровел, обдумывая поступившую от хозяина информацию. – Давай, беги, побыстрее, и сразу прячься, – Йорн похлопал пса по крупу и Майерс сначала рысью, а потом галопом припустил по тротуару.
Йорн в напряжении наблюдал за псом. Когда тот добежал до поворота на Кингз Лейн, и остановился, обернулся на хозяина, Йорн экспрессивным жестом указал ему налево. Майерс колебался, заставляя Йорна нервничать, снова и снова показывать ему направление. Потом он словно очнулся, сообразив, где находится решетка, и скрылся за выступом здания.
– Майерс пока посидит на территории Квинса, мы там сегодня уже были, Математический мост помнишь? – сказал Йорн Сёрэну, тот кивнул. – Нам нужен Вебб Билдинг – здание в конце улицы. Проще всего было бы через библиотеку Сэйнт Кэтринз, но там слишком просто взобраться, и против таких умников стоят инфракрасные камеры. Надо подниматься либо здесь, либо в углу следующего эркера, в тени. Камер тут нет, но есть окна библиотеки напротив – это не очень хорошо, надо действовать быстро, хотя в углах тут плохо видно. А потом самое интересное: с Докетт Билдинг надо перепрыгнуть на Вебб Билдинг. К счастью, траектория сверху вниз, и расстояние там, максимум, метров восемь через небольшой дворик. Если страшно, оставайся ждать на крыше, но меня вполне впечатлило то, как ты сегодня драпанул в церкви от девочки-монстра, – Сёрэн польщенно заулыбался. Улыбка у него, надо сказать была довольно забавная: мальчик все время смущался, когда его хвалили, боялся взглянуть в глаза, опускал взгляд, но при этом чувствовалось, что принимает комплимент и верит в свои способности. К тому же он сильно походил на кота, когда вот так широко улыбался, но не хитрого и коварного, какими котов обычно рисуют, а на добродушного и мягкого. – Никогда не замерял, насколько ты в длину можешь сигануть?
– Нет, сэр, я не мерял, но я в зале у нас пробовал, я далеко могу, если с разбега. И с места тоже могу. Вот через улицу я вполне мог бы перепрыгнуть.
– Ну что, готов тогда? В принципе, ничего сложного: подоконник, антаблемент – это поперечная платформа – подоконник, антаблемент, подоконник, последний антаблемент, карниз. Но на карнизе осторожно, там торчат шипы против фрираннеров. На трубу слишком сильно не дави, используй, как вспомогательную опору. И смотри, в стекло ногой не шарахни ненароком. Я иду первым, ты – за мной. Погнали, все делаем оперативно.
Йорн огляделся по сторонам, потом перепрыгнул на подоконник первого этажа и тут же уцепился пальцами за черную трубу канализации, уперся ногами в стену, подтянулся и ухватил каменный выступ. Следуя какому-то внутреннему ориентиру, почти не задумываясь, он взбирался вверх, тело его на автомате выдерживало баланс, руки и ноги сами отыскивали опору на шершавой холодной стене. Отталкиваться и двигаться вперед было легко – главное, не расколоть декоративные элементы. Иногда Йорн сам себе удивлялся: ощущение было почти такое же, как если играть на гитаре с закрытыми глазами: пальцы сами прокладывают путь по грифу и струнам, в то время как мысль уносится сколь угодно далеко. Однако музыку приходилось худо-бедно заучивать, а тут – сплошная импровизация, словно мышцы Йорна обладали собственной интуицией. Впрочем, Йорн в интимных подробностях знал все исторические здания Кембриджа, даже поднимался с группой единомышленников на крышу Часовни Королевского Колледжа. Иногда, если хватало времени неспешно исследовать здание, он почти любовно ласкал углы, выступы, арки, розетки, карнизы и колонны архитектурных памятников, насмотревшихся много чего за полтысячелетия. Йорн очень надеялся, что у приученного кувыркаться на шесте Сёрэна тоже имелась эта врожденная мышечная интуиция доисторического охотника на горных козлов…или хотя бы просто горного козла. Сёрэн шуршал внизу, и пока его шуршание было довольно складным и равномерным, как если бы белка кралась по стволу дерева. Быстрыми, мощными, но грациозными движениями Йорн метнулся ко второму этажу, потом к третьему и, наконец, взобрался на крышу, помог Сёрэну подтянуться следом, после чего оба юркнули за каминную трубу. Йорн выглянул на улицу, просканировал окна библиотеки, дабы убедиться, что никто не звонит в полицию. Из студентов в этот час остались только отдельные экземпляры, спорадически рассеянные по этажам, и никто не проявлял признаков жизнедеятельности – это были замученные агрессивной университетской средой бакалавры, которым приходилось за два года заучивать то, что во времена господина Йорна осваивали за три.
– Боже… – просипел Сёрэн, прижимаясь к кирпичной кладке. Он учащенно дышал, но, кажется, больше от волнения, нежели от физического напряжения.
– Постарайся не лопнуть раньше времени от счастья, радость моя, пол забрызгаешь, – шепнул Йорн. – Ну что?
– Я один раз чуть не поскользнулся, а в остальном все хорошо. Я понял, кажется, как надо делать. Господин Йорн, вы не представляете… Я, наверное, всю жизнь хотел вот так попробовать, – шепотом затараторил Сёрэн.
– Все, тихо! Эмоциями будешь дома фонтанировать, – шикнул на него Йорн. – Главное, что тебе было несложно?
– Нет, сэр.
– Пошли дальше. Пока это все ерунда. Пригнись, чтобы не засветиться.
Сорок ярдов крыши Докетт Билдинга, у края Йорн снова остановился и спрятался за очередной монументальной трубой дымохода. Сёрэн прижался к нему, словно горностай, высматривая что-то вдалеке. Йорн удивился насколько сильно у мальчика вдруг изменилась пластика: вместо изысканно-жеманных придворных жестов и временами проступавшей, несмотря на всю муштру, подростковой угловатости в его движениях снова засквозил тот самый хищник редкой породы, который налетел на господина Йорна возле Расселл Сквер. Йорн мог воочию наблюдать то, что не раз говорили про него самого: он словно превращался в другое существо, когда погружался в стихию охоты и опасности.
– Сор, нам надо на ту сторону, – шепотом приступил к инструктажу Йорн, кивнув на Вебб Билдинг. – Вот возьми, надень, пора уже твою мордашку спрятать, – он достал из внутреннего кармана две маски из темно-серого спандекса. – Оптозащита препятствует автоматическому распознаванию лиц, но это не значит, что живой человек тебя не распознает на записи. А тут имеется большой риск попасть в объектив. Я пойду первым, тебя постараюсь подстраховать в случае, если что-то пойдет совсем плохо, держи курс на второе справа окно, где труба. Сорвешься – затормозишь трубой и свалишься в кустарник. Потом собираешь свои останки в кучу и рвешь когти через ворота – никто за тобой гоняться не станет. Здесь не так высоко, я с третьего этажа прыгал не раз. Тебя учили группироваться правильно? С шеста падал, наверняка?