Но вот приходит к власти император Феодосий. Он заявляет, что ему нужно политическое единство и единомыслие. Но когда одна часть населения думает, что Бог троичен, другая часть думает, что Бог един, а третья часть вообще состоит из язычников, для единства нет места. Чтобы добиться единства, нужно всех привести к единому мнению, в первую очередь в религиозной сфере.
Феодосий находит теорию троичности Бога оптимальной для этой цели. Но чтобы ее внедрить, прежде нужно разрушить официальную позицию церкви. Он прибегает к испытанной технологии — ставит перед придворными богословами известную задачу.
Они тут же улавливают, куда дует ветер, и принимаются за ставшее привычным дело — поднимают архивы, изучают их и обнаруживают, что на Тирском и Миланском соборе не было… догадываетесь кого? Оказалось, что там царило единодушное нечестие и злонамерение, а единства соборян в Боге не было.
Теологи докладывают Феодосию о результатах экспертизы. Правитель узнает, что еретики на прошлых соборах выдали за истину свои разбойничьи решения, введя добрых христиан в заблуждение. Возмущение его не знает предела.
Феодосий исправляет ситуацию, созывая в 381 году Константинопольский собор. Его открывает молитва о схождении Святого Духа. Соборяне просят Бога помочь им разобраться в сложных вопросах. Когда христиане убеждаются, что благодать на этот раз абсолютно точно сошла на собрание, что в этом теперь нет никаких сомнений, им открывается свыше, что природа Бога троична и решения Никейского обора — истина. Также им открывается, что решения Тирского и Миланского соборов были не от Бога.
Когда это вскрылось, возмущенные соборяне в единодушном порыве признают оба предыдущих собора разбойничьими и лишают их статуса Вселенских. По руководству свыше они предают решения этих соборов анафеме.
На том соборе не было ни одного несогласного. Немалую роль в этом сыграло то, что Феодосий был очень крутого нрава. Все со слезами на глазах славили мудрость императора, которому Бог дал силы прозреть такие глубины истины. Все единодушно благодарили Бога, что он в такой трудный час послал народу провидца-императора. Феодосий с радостью внимает этим восхвалениям. Ему нравится полное единодушие.
ГЛАВА 21. Гонения
До Феодосия на территории Римской империи действовал Миланский эдикт, провозглашавший свободу совести. В 393 году запрещаются Олимпийские игры, а еще через два года отменяется Миланский эдикт о свободе вероисповедания. Жителям запрещается рассуждать на темы, по которым Вселенский собор вынес решение. Если кто из христиан дерзал иметь собственное мнение, тех власти жестко гонят.
Церковь говорит, что гонения на христиан закончились с принятием империей христианства, но это не так. Гонения на христиан закончились на период действия Миланского эдикта. И если быть совсем точным, закончились они на тех, кто признал духовную власть императора. Тех же, кто стоял на прежних позициях, продолжали гнать. Власть не может не гнать тех, кто ее ослабляет. Отрицание духовной власти правителя ослабляло Римскую империю. Потому гонения на них не могли остановиться.
При Феодосии гонения на «неправильных» христиан по массовости и жестокости, как минимум, не уступали языческим гонениям, а нередко превосходили их. Оно и понятно, языческие императоры Нерон, Аврелий и Диоклетиан гнали врагов империи, а христианин Феодосий гнал врагов Бога. Почувствуйте разницу.
С I по III век христиан, отказывающихся признать духовную власть императора, казнят самыми ужасными казнями. С III по XIX век христиан пытают и сжигают за то, что они верят в Бога не так, как предписывает власть. Представители концепции «Не судите, да не судимы будете» осуждали на сожжение или мучения до смерти людей за самостоятельное мышление. Последнее аутодафе (сожжение на костре) состоялось, по одним данным, в Мексике в 1815 году, а по другим — в Европе в 1825-м.
К счастью для церкви, императоры больше не меняли мнения о природе Бога. Но если бы следующий за Феодосием правитель изменил его, нет оснований полагать, что придворные богословы не задались бы традиционным вопросом: «А правда ли, что?..» и теологи не остались бы без работы. Однако у императоров больше не было в этом политической необходимости.
По мере того как меняется политическая ситуация, правители вслед за ней меняют свое мнение, а церковь штампует нужные решения, провозглашая новую истину столько раз, сколько власть меняла свои взгляды. В истории нет ни единого случая, чтобы мнение церкви противоречило мнению власти по религиозным вопросам (под мнением церкви понимается решение собора, а не частное мнение человека или группы лиц). И нет ни одного случая, чтобы мнение власти не совпадало с текущим политическим моментом. Так как ситуация постоянно менялась, мнение власти тоже менялось, и вслед за ним менялось мнение церкви на тот или иной вопрос веры.