Это было нечто. Я знала, что мои подруги способны на все, но то, что они буквально были способны НА ВСЕ, как минимум повергло в шок. С ними вообще ни в коем случае нельзя ссориться…
— Ладно, хватит об этом, — подключилась Жан, — что произошло после того, как мы зашли в лифт, а ты осталась?
Эва довольно ухмыльнулась. Конечно, они и так все знают, просто хотят услышать это из первых уст.
— Кто рассказал? Та девчонка, которая по лестнице спускалась?
— Не, я услышала от соседей, тем написали знакомые с пятого этажа, а тем, наверное, уже рассказала эта девчонка, — поправила меня Эва.
— Твою мать, — выругалась я. — Да, все так и было. Это хотели услышать? Только я ору вам, что больше не хочу иметь ничего общего с Теодором, как целуюсь с ним на лестничной клетке. Довольны?
Подруги рассмеялись. Ада покровительственно похлопала меня по плечу:
— Я и не сомневалась, что все так будет. Ты уже минимум три раза пыталась забыть его.
— И вы меня не осуждаете?
— Ну… — Ада замялась. — Мы же не осуждаем Жан за бабника-иллюмината. Или Эву за ее малолетку. Или Пэм за то, что скрывала мужа столько лет. Или, о боже, меня за начальство.
Подруги кинули на нее угрожающий взгляд, а я рассмеялась. Ну да, у каждой с отношениями было что-то не то. Мы, конечно, это дело обсудим, но друг друга не осудим.
И пусть весь обед и время до вечера прошли в шутках и с весельем, но на душе у каждой было неспокойно. Все-таки все мы ввязались в довольно опасное дело. Но подруг беспокоила, скорее всего, их собственная судьба, если вдруг всплывет наружу то, каким именно образом они добыли всю информацию, а я переживала за Теодора.
Вечером он отписался, что ещё работает, и я, прихватив с собой Аду, вернулась домой. Наконец-то именно к себе домой, потому что оставаться у подруги нужды больше не было. Теперь хотелось бы остаться у Теодора, ну или хотя бы побывать у него в гостях. Но вдруг он и правда живет в НИЦ, а дома вообще нет? Я опять принялась гадать и выстраивать нелепые теории и пообещала себе наконец-то выяснить этот вопрос как можно скорее, а потому проснулась следующим утром слишком рано, оказалась на работе первее Ады и даже заходила к Лейле за запасным ключом, чтобы попасть в свой кабинет. Надо было все-таки сделать дубликат… За год с лишним уже стоило бы озаботиться этим вопросом.
Спустя полтора часа Ада с удивлением и беспокойством отворила открытую дверь и уставилась на меня с тремя пробирками в руках.
— Я уже хотела вызывать охрану, — пробормотала она. — Думала, забрался кто-то.
— Ага, воры пришли стащить KH-563, — усмехнулась я и разложила пробирки на столе. — Смотри-ка, а мы делаем успехи.
Ада уставилась на три жидкости разной консистенции и цвета, а я пинцетом вытащила из каждой из них выращенные растительные ткани. Они отличались размером и плотностью, но в целом вполне походили на кусочки размокшей кожицы.
— Погоди, мы сумели вырастить ЭТО из ничего?! — Подруга, кое-как всунув руки в рукава халата, подлетела к столу и принялась разглядывать препараты.
— Ну, не из ничего, — я поджала губы и отвела взгляд. — Мне было скучно ждать тебя, поэтому я…
Ада выругалась. Она наконец обратила внимание на мой перебинтованный палец. На самом деле, все получилось случайно, я скрепляла степлером стопку бумажек и очень удачно зацепила пальцем острый кончик скрепки, слегка заляпав кровью какие-то старые отчеты. И, раз уж так получилось, решила воспользоваться случаем и поковыряла палец посильнее, отщипнув от него три маленькие кусочка кожи, которые разложила по пробиркам и замешала с разными версиями KH-563 с тем препаратом Жан. За час с небольшим маленькие кусочки слегка разрослись, и самый большой был в длину около девяти миллиметров.
— Надеюсь, ты не буквально понимаешь слова «на все ради науки»? — Подруга закатила глаза. — Мне вот одной Эвы хватает.
Весь день до вечера мы провели за экспериментами и отчетами, еле сумели выбраться на обед, где все обсуждения сводили к нашему KH-563, и досидели аж до девяти вечера, не заметив пролетевшего времени. Правда, я уже еле держала глаза открытыми. Все же ранние подъемы дают о себе знать. И, решив воспользоваться своей должностью настоящего сотрудника НИЦ, попрощалась с Адой и ушла домой раньше нее.