Какое-то время мы шли в молчании. Я представляла, что бы могла увидеть в кабинете Теодора, и из всех вариантов мне нравились больше всего те, в которых он непременно переодевается. Конечно, маловероятно, ведь «переодеваться» у нас предполагает только снять халат, но раз наступила череда непредвиденных событий, таких как, о боже, встреча с Теодором ТРИ раза за один день…
Вполне вероятно, что судьба могла исхитриться и подстроить все таким образом, чтобы он пролил на себя чай или кофе, в зависимости от предпочтений — или сок, кто знает? — и был вынужден сменить ту темную рубашку на, например, футболку с нелепым принтом Марвел, или Черепашек-ниндзя, или какого-нибудь Наруто. Он же может быть тайным фанатом одного из этих вариантов? И я бы заглянула ровно в тот момент, когда он только бросил рубашку на спинку стула, обязательно выругавшись, и поднял руки вверх, собираясь влезть в эту самую футболку. Могу поспорить, у него прекрасная фигура! Со всеми этими кубиками, бицепсами и трицепсами. В любом случае он был очень хорошо сложен, в чем я прекрасно сумела убедиться, рассматривая его в лифте.
Он бы, конечно, заметил меня, но было бы поздно. Я узнала его секрет, и он бы даже забыл уточнить, что я делаю наполовину в его кабинете. И за мое молчание согласился бы сделать все, о чем только попрошу. Естественно, я бы выбрала свидание, чтобы узнать его получше, на котором он бы рассмотрел, какая я красивая и умная, и не такая, как обо мне говорят, если, конечно, говорят. Но учитывая, что мы в СОС обсуждаем буквально каждого, кого видим, вероятно, о нас и обо мне в том числе у людей может быть не особо хорошее мнение.
— Ты чего?
Я вздрогнула и поняла, что за мной уже некоторое время пристально наблюдает Ада.
— Я? Ничего.
Она вытащила из сумочки мобильный и включила фронтальную камеру, наведя экран на меня. С экрана смотрело нелепо улыбающееся слегка покрасневшее лицо, обрамленное каштановой копной густых волос и небрежной челкой.
«Кто это?» — хотела было спросить я, но потом до меня дошла эта горькая правда.
— О нем думаешь?
— Вот черт.
— Да ты реально влюбилась.
— Я?! Не-е, нет, нет, нет. Это всего лишь, кхм, научный интерес. Он мне нравится, но только немного, так, самую малость. Он же просто симпатичный и все. Да и он же ТОТ ТЕОДОР, а значит, вряд ли добавка «ТОТ» подразумевает под собой что-то хорошее, поэтому… — я тараторила так быстро, что под конец потеряла мысль.
Ада сложила руки на груди и посмеивалась.
— Да, я влюбилась.
Все, после того, как это было произнесено вслух, назад дороги нет. Есть только обреченность на вечные страдания, безответные чувства, если, конечно, я не узнаю что-то такое, как любовь к футболкам с дебильными принтами, чтобы можно было этим шантажировать и заставлять быть вместе.
— И когда это началось? — Подруга увлеченно сверлила меня взглядом, в котором читалась смесь любопытства и чего-то ещё, какой-то угрозы, что она сможет использовать информацию против меня. Но козырь на всякий случай все ещё был в кармане, потому я решила выложить всю правду.
— Да не знаю я. Ещё в первый день, как сюда устроилась, столкнулась с ним. Выходила с собеседования, а он в центр заходил со стаканом кофе и в халате. Уже тогда проводила его взглядом.
— Так это про него ты у меня спрашивала? Тогда, в первую неделю? «Ты знаешь высоких красавчиков в нашем корпусе?» Вот оно что! — Глаза подруги вспыхнули словно она разгадала загадку столетия мирового масштаба или, наконец, сумела синтезировать идеальный искусственный белок.
— Ну да, — я вздохнула, — но ты сказала, что никого не знаешь. А когда узнала, что он с нашего этажа, ещё обиделась и подумала, что ты специально про него промолчала, потому что сама на него глаз положила.
— Я?! На него?!
— Да-а, я потом уже поняла, что «Теодоры» не в твоем вкусе. Хотя, может, у него второе имя Эван? Он случайно не Теодор Э. Мелтон?
Подруга ущипнула меня за предплечье и рассмеялась.
— Да я правда о нем ничего не знала! Да, работает на том же этаже, но мы даже не пересекались почти. Так что и ответить было нечего.
— Ну, в общем, потом мы стали с завидной регулярностью сталкиваться где-то в центре пару раз в неделю, так что я могла тайно глазеть на него. А когда он мне прям понравился-понравился…
— Влюбилась.
— Допустим. Я не знаю. Это, знаешь, как вдруг осознать, что ты непрерывно о ком-то думаешь. Я осознала это сегодня. Но думать начала ещё раньше, надеялась лишний раз пересечься в холле или прокатиться вместе на лифте. Как думаешь, у меня есть хоть ма-аленький шанс? — Я состроила щенячьи глазки.