— А ключ откуда?
— О, это Роберт постарался. Вернее, — мужчина замялся, — мне пришлось очень долго его уговаривать.
Половина девятнадцатого этажа была отдана экспериментаторам, примерно таким же, как Эва, только более адекватным. Наверное, поэтому их всех собрали в одном месте, а ее одну запихнули куда подальше, лишь бы пересекались поменьше, и пагубное влияние подруги распространялось помедленнее. Подговори она своих коллег устроить что-нибудь такое, о чем постоянно рассказывает за обедами, наш корпус бы уже давно был стерт с лица Земли. Хотя судя по тому, что девятнадцатый этаж ремонтировали стабильно каждый год, все экспериментаторы имели своеобразное представление о своей работе. Так что предположить наличие душевых на этом этаже было можно. Кто знает, что здесь взлетит на воздух и в чем испачкаются сотрудники за десять официальных часов в своих кабинетах.
— Идешь?
Вопрос Теодора и кинутое в меня чистое полотенце отвлекли от размышлений. Я уже с минуту стояла с одеждой в руках. Встряхнув головой, накинула полотенце и сделала шаг из так называемой раздевалки. Мужчина занял ближайшую кабинку, хотя кабинкой открытую душевую, отделенную от других только парой стенок, назвать было сложно. Я хотела пройти в соседнюю, но Теодор схватил меня за запястье и потянул к себе.
— Ну уж нет, — прошептал мне на ухо и поцеловал в шею.
— А тут хотя бы шторки есть? Вдруг кто-то зайдёт? — Я была совсем не против искупаться вместе, вот только это вряд ли обрадует экспериментаторов, которые остались на работе допоздна и внезапно разлили на себя… что-то очень неприятное.
— Сюда редко заходят, не переживай.
Я сдалась. Теодор включил приятную горячую воду и подставил под нее лицо, оставив свободное место и для меня.
Все же я сделала правильный выбор, устроившись сюда. В каком ещё научном центре или институте можно было бы а) переспать с крайне привлекательным мужчиной, б) запереться с ним же в душевой, в) а потом остаться здесь же на ночь, и ни начальница, ни директор корпуса (я надеюсь) ничего на этот счет не скажут? Разве что осуждающе посмотрят, а потом будут выпытывать все в мельчайших подробностях.
Теодор капнул на руки гель для душа (который, ничего себе, вместе с шампунем и мылом был в каждой кабинке) и принялся массирующими движениями растирать по моей спине. Крепкие руки, надавливая на нужные точки и захватывающие плечи, напомнили о том, что массаж я люблю настолько же сильно, как и секс. С этим мужчиной, естественно. От того, как он мягко, но в то же время ощутимо проминал затекшую после рабочего дня шею, я пропустила стон. Теодор сзади самодовольно усмехнулся и скользнул руками вперед через плечи, массируя грудь и прижимаясь все ближе, так что я могла чувствовать его нарастающее возбуждение. Дыхание стало чаще, не только его заводило совместное купание. Я развернулась лицом к мужчине, тоже наполнив ладонь гелем для душа из дозатора, и, обняв, круговыми движениями намыливала ему спину. Мужчина скользнул снизу вверх с поясницы и, нежно обхватив спереди за шею, приподнял мне подбородок. Я уткнулась взглядом в его глаза, вновь приобретшие темно-синий оттенок, полный желания. Наверное, если бы могла видеть себя со стороны, узнала бы, что и сама выгляжу ничуть не спокойнее, но задумываться об этом Теодор больше не давал, накрыв мои губы требовательным поцелуем.
Я спустилась ладонью вниз, обхватывая член. Не разрывая поцелуй, мужчина улыбнулся. Наши тела будто слились в единое целое, он крепко сжимал мои ягодицы, тяжело дыша мне в губы, пока я ритмичными движениями водила рукой по всей длине. Ещё никогда ни с каким мужчиной я не чувствовала такого бешеного желания, ещё никто не мог заставить сгорать от нетерпения, лишь бы почувствовать его всем своим нутром. Он мог довести до оргазма одним взглядом. Не выдержав, свободной рукой подтолкнула его ладонь вперед. Он понял намек и мягко ввел несколько пальцев, от чего по всему телу пробежала волна мурашек. Я запрокинула голову, подставив лицо под душ, только бы слегка прийти в себя, но эти пальцы вытворяли нечто сверхъестественное. Ещё немного, и я не выдержу.
— Да возьми уже меня! — не желая того, жалобно взмолилась, а мужчина только этого и ждал.
Пошарив рукой где-то среди полотенец, висевших на торце стенки, разделяющей душевые, он вновь чудным образом вытащил презерватив. Ему определенно стоит задумать о том, чтобы сменить профессию на фокусника или иллюзиониста. Бодро повернув меня спиной к себе, так чтобы я облокотилась руками о стену, он одним движением вошел на всю внушительную длину. Дыхание перехватило, я громко выдохнула, цепляясь пальцами за скользкую плитку. В отличие от первого раза, сейчас Теодор двигался резче, сразу взяв быстрый темп. Я еле сдерживала стоны. Да как вообще СЕЙЧАС можно молчать?! Он водил руками по груди, спускаясь все ниже к животу, оттуда ещё ниже, с первого раза нащупывая чувствительную точку. Ноги подкашивались, я с трудом держалась стоя, но мужчина, почувствовав это, второй рукой обхватил меня за талию, не давая упасть. Еще секунда, и я обмякла в его руках, а он, крепко прижавшись всем телом, кончил следом, целуя куда-то в висок.