Получилось все равно даже лучше, чем я рассчитывала. Лица девиц медленно вытянулись в удивлении, брови поползли наверх, а одна из них прикрыла рот рукой. Стоило мне только моргнуть, как их и след простыл. Кажется, я расслышала что-то вроде извинений, но, может, просто придумала это.
Что ж, я положила маленький сверток в карман брюк и наконец пошла забирать свой заслуженный обед. Как же приятно вершить правосудие, даже словами не передать это теплое ощущение внутри. Пусть это лишь маленькая незапланированная месть, а впереди должно было произойти целое возмездие, но настроение все равно поднялось.
Дни шли, лекции сменяли друг друга, а я проводила с Теодором так же мало времени, как и до этого. Правда, найти его корпус все же удалось: он был в глубине кампуса за столовой. И одним днем, отыскав расписание его направления, я во время лекции подошла к двери. Делать было особо нечего, мое следующее занятия было только через обеденный перерыв, а потому идею подкараулить его после окончания пары не отмела.
Светлый коридор с лепниной на потолке, большие деревянные окна, несколько кустиков разнообразной растительности, ряд аудиторных дверей и ни одной лавки или хотя бы одинокого стула. Коридор в конце заканчивался тупиком с одного конца и лестницей с другого, не было даже холла для отдыха. И к середине лекции, удивительно, но я уже еле стояла. Пыталась присесть на подоконник — неудобно. Сидеть на полу, облокотившись о стену, не особо хотелось. Оставался один единственный вариант. Конечно же, я не рассматривала мысль уйти посидеть где-нибудь в другом месте и вернуться ближе к завершению.
Поправив белоснежную рубашку, я постучала в дверь. Теодор все в том же белом халате стоял на кафедре, вырисовывая на доске непонятные символы, которые, вероятно, были программным кодом, хотя я не была в этом уверена. Дверь скрипнула, и в аудитории, идентичной моим лекционным залам, повисла тишина. Мужчина обернулся, взгляд скользнул снизу вверх по мне, могу поклясться, он улыбнулся, — в отличие от Ады у меня зрение было отличное, — и в ожидании сложил руки на груди.
Вот черт, а что говорить? Я не продумывала план так далеко.
— Кхм, доктор Мелтон, вас зовет… — что бы такого придумать? — Завкафедрой?..
Это прозвучало слишком неуверенно, никто же не поверит. Но Теодор кивнул, попросил тишины в аудитории и вышел в коридор.
— Ну здравствуй, завкафедрой.
— Что? Я? А.
— Что-то случилось? Опять этот придурок?
— Мистер Апеллидо? Нет, просто…
Молодец, сама загнала себя в угол. Как объяснить, зачем я его позвала?
— Просто подумала, что на лекции может быть скучно, но без лекций ещё более скучно, поэтому я решила найти твою аудиторию и посидеть в коридоре, но у меня затекли ноги, и в итоге вот…
— Там и правда скучно. Я повторяю одно и то же уже по второму разу, но другому потоку. Так что я не против немного прогулять свою же лекцию, — он пожал плечами и направился в сторону лестницы. — Пойдем, покажу один секрет этого корпуса.
Одно слово «секрет» отзывалось трепетом, на мгновение я забыла, что нужно сделать вдох и чуть не закашлялась. Мы остановились на последней лестничной клетке, по обеим сторонам от которой располагались двери. Одна — обычная, подобная остальным дверям в корпусе, вероятно, вела в идентичный коридор. А вторая — потертая, с остатками белой краски, похожей на цвет стен, словно ее когда-то пытались закрасить. Теодор вытащил из кармана связку ключей, легко поддел накладку на замок и, покрутив в замочной скважине самым маленьким ключиком, рывков дернул дверь на себя. Она со скрипом поддалась, открывая взгляду узкую каменную лестницу, винтом уходящую наверх. Она напоминала лестницы средневековых замков, ведущих высоко в башни.
Наклоняясь, чтобы не стукнуться головой, Теодор пошёл первый. Подъем занял не больше десяти секунд, затем мужчина открыл деревянный люк, и в глаза ударил яркий свет. Мы выбрались на крышу.
— Как ты узнал об этом месте?
Но мой вопрос остался без ответа, может, он не услышал? Мы подошли к краю. С такой высоты можно было рассмотреть всю территорию кампуса, которую занимали корпуса и зеленые лужайки. Где-то в противоположной стороне от входа я даже разглядела небольшой фонтанчик и пару статуй.
Теодор задумчиво глядел вдаль, не хотелось его прерывать, но время бешено бежало вперед.