Он протянул руку, чтобы забрать пакетик, я послушно разжала зубы и наконец могла говорить.
— Я отвлекла тебя? Ты разговаривал с кем-то.
— Да нет, все нормально, это из университета звонили, опять предлагали работу, — может, это была отговорка, но в нее хотелось верить.
— Так нравится здесь торчать сутками? — я улыбнулась.
Задай кто такой вопрос мне — даже не знаю, что бы ответила. Нет, мне точно не нравилось торчать с утра до ночи на работе, лишая себя возможности попросту отдыхать, но то, чем я занималась, вдохновляло. Сложно было представить что-то другое. Теодор улыбнулся мне в ответ, но вдруг показалось, что как-то грустно.
— У всех нас есть причины здесь оставаться.
Он хотел было сказать что-то ещё, как вдруг со стороны коридора раздался оглушительный звук. Я успела заметить сверкнувшие ужасом глаза мужчины, он метнулся в сторону. Мгновение спустя по коридору пронеслось облако удушающей пыли, поглощая все на своем пути. С каждым вдохом горело горло, будто бы наелась песка, а лёгкие больно жгло. Я приоткрыла глаза. Теодор сидел на коленях передо мной, заслоняя своим халатом, так что мое лицо буквально утыкалось ему в грудь. Его сердце выдавало бешеный ритм. Ему было страшно? Хотя о чем это я? У самой ведь перехватило дыхание от ужаса.
Секундная посторонняя мысль «а что если бы…», и мои руки уже тянутся к спине Теодора под халатом и крепко хватаются за рубашку. Он вздрагивает, но тут же успокаивается. Нужно ли это было ему или мне самой? Но, кажется, объятия успокаивали нас обоих. Когда пыль осела, создавать видимость страха уже было не особо правдоподобно, я разжала руки и приподнялась, выныривая наружу.
Пол был устлан белой крошкой, известь покрывала волосы мужчины, заляпала наши брюки, ботинки, осела на пакетике и кофейных стаканчиках, которые чудом стояли на полу рядом и не перевернулись.
— Что это было? — мой голос будто принадлежал кому-то другому: хриплый и дрожащий.
Теодор тоже поднялся и осмотрелся, затем стряхнул халат, подняв тем самым новую волну пыли, и закашлялся. Я усмехнулась, соображая, пошутить ли на эту тему или промолчать, но не успела принять решение, прерванная щелчком ближайшей двери. Из соседнего с Теодором кабинета аккуратно выглянула чья-то голова, поперхнулась и нырнула назад. Коридор вновь погрузился в тишину.
— Кажется, что-то взорвалось… — Теодор наконец решил озвучить очевидный факт.
— Ада!
Только сейчас пришло осознание, что подруга осталась у нас и была ближе к эпицентру происшествия. Я сорвалась с места, краем глаза заметив, что мужчина пытался меня остановить, но затем бросился следом. Кофе с печеньем так и остались на полу.
Дверь в кабинет выглядела целой, значит, взрыв хотя бы произошёл не у нас, что уже радовало. Теодор облегченно выдохнул. А я направилась дальше, желая узнать, что же все-таки произошло. Конечно, лучшее решение, когда как раз где-то там что-то взорвалось, но, по моей логике, раз не было пожарной тревоги или сирены эвакуации, то все было нормально. Теодор догнал меня и придержал за локоть.
— Мне кажется, в такой ситуации надо идти в обратную сторону.
Умная мысль. Но не подходящая человеку, который готов на все ради сенсации. Во мне все сильнее разгоралось желание первой узнать, что же произошло на самом деле, а то в любой момент из всех кабинетов могут повылазить коллеги и опередить меня.
— Нет, надо понять, что случилось. Может, кому-то нужна помощь? Видишь, никто больше не выходит! — наверное, это было лучшее оправдание моим бездумным поступкам.
— Ладно, ты права. Но я пойду вперед.
Свернув по коридору направо, мы достигли эпицентра происшествия.
— Это же… — я застыла в ужасе. — Кабинет Эвы.
Дверь в кабинет под номером триста двадцать один попросту отсутствовала, ее остатки, разлетевшиеся в щепки, обнаружились на противоположной стене коридора и во многих метрах в разные стороны. На месте некогда идентичной другим белой двери с аккуратным позолоченным номером зияла черная дыра, за которой все пространство было полностью уничтожено. Куски стола, шкафов, осколки пробирок и окна валялись по закопченому полу.
Трехсот двадцатый, девятнадцатый, двадцать второй и третий пострадали похожим образом, но значительно меньше, прямо пропорционально отдалению от случившегося… взрыва? До сих пор было непонятно, что именно здесь случилось. Если что-то взорвалось, а другого предположения попросту нет, то здесь все должно было полыхать.