— А это ещё что за…
В той самой колбочке вместо разведенного порошка в, кажется, джине, образовалась тягучая коричневатая субстанция.
«Вещество закристаллизовалось. Видна реакция, но соединения молекул нестабильное, цепочки рвутся при малейшем прикосновении. Надо провести эксперименты».
Особенность Эвы быть невнимательной и забывчивый вновь сыграла на руку. Девушка поставила в центр кабинета стол, защитное стекло со всех сторон и принялась за работу. Вновь в дело пошли все имеющиеся вещества, но толку от них не было. Даже то, что она подожгла эту субстанцию, не дало никакого результата. А потому, тяжело выдохнув, направилась в подсобку на поиски чего-нибудь ещё, что можно было бы использовать. И только она прикрыла за собой дверь и сделала пару шагов вглубь, как раздался оглушительный хлопок, треск, хруст, а затем ударной волной ее отнесло к стене.
— То есть эта тягучая штука взорвалась? — Ада вновь включалась в обсуждение первой.
Мы сидели, полностью забыв об оставшейся в тарелках еде, увлеченно слушая рассказ подруги. Все это звучало словно фантастическая история из какой-нибудь книги, поверить было сложно, но вот оно, прямое доказательство, сидит прямо напротив.
— Не совсем… — Эва замялась, соображая, как назвать произошедший процесс. — Оно… схлопнулось. Понимаешь, не взорвалось, оно будто ушло в себя, высвободив при этом дохрена какую энергию, которая расхерачила двери и частично кабинет. Но сам стол и стекло… Они исчезли, уничтожились без каких-либо следов. Это не похоже ни на что, что нам было известно до сих пор.
— А в… — Жан замолчала, видимо, произнеся название организации про себя. — Знают?
— Конечно. Как только Эва попала в больницу, я сразу же отправила им все отчеты об исследованиях, а потом встретилась лично. — Пэм нетерпеливо заерзала на стуле. — Они… мы открыли новый элемент. После окончания ещё ряда экспериментов и исследований в таблице будет плюс один.
Памела еле сдерживала улыбку. Я была до конца уверена, что разговор вел в совершенно другое русло по типу «Это самая опасная хрень в мире» или «А если оно попадет в недобрые руки». Но нет, она просто хотела похвастаться успехами.
— Ага, о нас напечатают, пригласят на форумы в качестве спикеров, а, может, вообще возьмут в… сами знаете куда! — Эва мечтательно подняла взгляд наверх, возбужденно перебирая в руках вилку.
— Ну да, или вам сотрут память как важным свидетелям, да и нам заодно. Или могут навечно запереть в своих лабораториях, — Жан предложила наиболее реалистичную картину будущего.
— Да ну тебя!
— Нет, если серьезно, это очень опасная… вещество? Элемент? Штука? — Ада принялась перечислять всевозможные названия, которые могли бы подойти для этого куска космической породы.
— Селеритий. «Celeritas» — скорость на латыни, — поправила ее Пэм. — Мы долго ломали голову, но в итоге остановились на этом варианте. В NASA предполагают, что его можно будет использовать в качестве топлива для космических перелетов. И сейчас они начинают подготовку к экспедициям на дальние планеты в поисках этой породы. А нам дали в разработку прибор для распознания камня, потому что внешне он похож на булыжник, если не приглядываться.
За девочек можно было только порадоваться. Им предложили продление сотрудничества, и ведь действительно, вполне реально, что они обнаружили нечто совершенно уникальное, что послужит на благо человечества. Правда, может его и уничтожить судя по тому, как, по рассказам, оно расщепляет живые организмы…
Хотелось бы и мне добиться чего-то подобного. Можно даже не в таком вселенском масштабе, а просто совершить открытие, о котором в будущем будут писать в школьных учебниках, запечатлев мою фамилию. Все-таки теперь я понимаю это желание совершить нечто значимое.
— Ладно, а сейчас давайте пройдемся по последним сплетням. Что я пропустила за это время?! — Эва вдруг взбодрилась и положила подбородок на сцепленные в замок руки, чуть подавшись вперед над столом.
— Ой, я думала, что ты не спросишь! — Ада манерно махнула рукой. — Ты бы видела, как нашу Эллу пытались защитить, когда у тебя там эта штука бахнула!