В голове тут же сошлось, почему же Теодор так яростно пытался укутать меня в полотенце. Хотя нет, секунду, а почему? На месте любого мужчины я бы точно не стремилась спрятать такую красоту, напротив, предложила бы продолжить плавать вместе, или прогуляться, или выпить в баре… Или прикрыться, но только в том случае, если бы включила собственничество и не хотела, чтобы ещё какие-нибудь ненасытные глазища похабных мужиков пожирали глазами МОЕ.
А какой на нем был костюм!
— Эх, — я мечтательно вздохнула, напрочь позабыв о том, что продолжала сидеть буквально в белье, ожидая прихода Теодора, которого так сильно не желала видеть и вообще хотела напрочь вычеркнуть из своей жизни.
Но этот мужчина, вопреки всему, был безумно красив. Он уложил волосы? Действительно, сегодня его прическа более походила на прическу, а не растрепанное гнездо бросившей птенцов кукушки. Он определенно уложил волосы. Да, неумело и косо, но точно воспользовался гелем и слегка зачесал их назад. В этом не было сомнений. И костюм. О, этот темно-синий превосходный дорогой костюм, идеально сидящий по фигуре. Зачем он надел такое на вечеринку? Хотя Роберт Никлз тоже пришел в костюме, возможно, это сугубо мужская логика, ведь кто знает, что находится под самим костюмом?
На ноги, правда, я не обратила внимание. Это точно были не классические туфли. Кеды? Возможно. И рубашка… Нет, под пиджаком была не рубашка, а футболка, белоснежная, идеально выглаженная футболка с закругленным вырезом и с логотипом какого-то бренда сбоку.
Я одернула себя. Какого черта так хорошо это запомнила? Мои мозги превратились в кашицу уже после третьего стакана намешанных Эвой коктейлей, а я их выпила не меньше семи. По логике, должна была отключиться ещё где-то в сауне, ведь алкоголь с жаром и духотой несовместимы. Вот это у меня выдержка.
Но алкоголь не только закружил мои мысли бессвязным хороводом, но и яркой вспышкой подсветил воспоминания. Тот самый миг, о котором я успела позабыть, который никогда бы в трезвом уме не показался мне значимым, предстал сейчас в ином свете. Словно заново переживая момент, я увидела перед собой коридор третьего этажа, вот я бегу к лифту, боясь опоздать на встречу к Аде и попасть под ее нещадные санкции, а вот справа дверь в кабинет Теодора, слегка приоткрытая, не как обычно. Я пронеслась мимо, успев надумать разных нелепиц, даже не попыталась специально подойти и подглядеть, как думала вплоть до сейчас. Пьяный ли это бред, но я теперь совершенно отчетливо помнила, что за этой щелкой скрывался просторный кабинет, больше напоминающий жилой, нежели рабочий. Уютно обставлен книжным шкафом, парой кожаных коричневых диванов и рабочим столом с наверняка мощнейшим компьютером. На углу стола кипы бумаг, у окна сдвинутые жалюзи, которые создают атмосферу полумрака. А в центре кабинета, между стеной и диванами, будто из другого мира, совершенно неподходящая этому месту, расположилась медицинская кушетка, окруженная кучей датчиков и проводов, а на ней, могу поклясться, лежало тело без рук и ног, от его груди исходило бледное мерцающее сияние. Теодор рядом держал отделенную руку и настраивает что-то на панели одного из приборов. Ну точно, память меня подводит, не может все выглядеть так реально! Впрочем, он же занимается всякими сложными виар компьютерными вещами, наверное, какой-нибудь эксперимент с роботами…
Пару раз моргнув, отгоняя то ли бредовые идеи, то ли реальные воспоминания, я вновь погрузилась в темноту закрытых век.
Спустя пару минут дверь в комнату открылась, и кто-то зашагал в мою сторону. Открывать глаза, чтобы убедиться, что это был Теодор, а не какой-нибудь насильник, решивший воспользоваться случаем и моей беспомощностью, сил не было. Да и почему я вообще уверена, что Теодор не является этим самым насильником?