— Проснулась? — Теодор зашевелился. — Как себя чувствуешь?
— Где мы? — Моя прямолинейность часто служила поводом для конфликтов, но в данной ситуации никак иначе разговор было не начать.
«Доброе утро, все отлично, а ты как?» — не сказать же такое человеку, которого вчера целый день не хотела видеть и избегала, а сегодня встречаешь рядом с собой в одной кровати.
— Мы дома. Ты не помнишь?
Это явно не «дома». Мой дом — небольшая квартирка в городе на пятнадцатом этаже высотки, а не деревянная постройка загородом. Но его слова разбудили мой гиппокамп, и события, удивительным стечением обстоятельств произошедшие накануне, нахлынули на меня водопадом картинок.
— Куда ты пойдешь в таком состоянии? — в голосе мужчины слышались нотки раздражения.
В любой иной ситуации я бы напряглась, ни на мгновение не забывая об участи несчастного ноутбука после, вероятно, одного из подобных приступов раздражения, но сейчас мне было откровенно говоря не до этого. Секунду назад пластом полежав на кровати, подзарядилась, и открылось второе дыхание.
Слушать его не хотелось, я бодрым, насколько это возможно, шагом направилась куда-то по коридору, пока меня рывком за запястье не развернули на сто восемьдесят градусов.
— Ты собралась выйти в окно или пройти сквозь стену? — на этот раз Теодор говорил с насмешкой.
До меня не сразу дошло, что я быстрым шагом направлялась в тупик коридора. Свернув не туда, я пошла не к лестнице, как хотела, а в обратную от нее сторону, где не было ничего кроме окна в конце.
— Мне надо выпить.
— А до этого не хватило?
— Нет, не понимаешь же ничего!
— Ладно.
Выпить и правда было необходимо. Таких впечатлений, которые произошли буквально за несколько часов, хватит на всю оставшуюся жизнь. Но сейчас алкоголь постепенно выветривался из организма, а это значило, что в скором времени ко мне вернется адекватность и трезвый разум, я вновь начну загоняться по и без повода, искать возможность избегать этого красивого мужчину и прокручивать в памяти увиденную с одной из лучших подруг сцену. Боже, нет, это точно необходимо запить.
На первом этаже в закутке, где мы с Адой образовали небольшую барную стойку и наполнили ее десятками всевозможных бутылок, было пусто. В целом в доме уже не слышались ни музыка, ни громкие разговоры. Не представляю, сколько было времени, но, вероятно, многие уже разъехались, а остальные разошлись по более тихим группам. В гостиной, дальше после барной зоны, кто-то ещё оставался, но вел тихие скромные разговоры, так что отвлекать их не было никакого желания. Первоначальный план заключался в том, чтобы усесться на длинном прохладном кожаном диване напротив огромного 100-дюймового телевизора и выпить пару стаканов.
Тем временем Теодор встал за стойку и принялся мешать ингредиенты, словно работал не в научном центре, а барменом. Как же он хорош в этой роли… Сразу одернула себя. Нечего забывать о том, какой он на самом деле. Красивая тут только оболочка, а внутри опасность, к которой близко лучше не подходить. Но то, с какой легкостью этот мужчина мешает в шейкере лонг айленд, вводит в заблуждение.
— Ты работал барменом?
— Нет, никогда. — Теодор пожал плечами. — Просто знаю пару рецептов.
Он подвинул ко мне красивый напиток и завершил его долькой лимона. Организм буквально требовал новую порцию алкоголя, я схватила стакан, но торопиться не хотела. Ещё раз окинув глазами занятую гостиную, приняла решение выйти на улицу.
— Ты дружишь с «начальством»? — Я уселась на край массивного деревянного лежака с мягким матрасом.
— С кем? — Теодор, присевший напротив, удивлено вскинул брови.
— С Робертом Никлзом, — уточнила я, все-таки, хоть Роберт в действительности является нашим начальством, редко кто его так называет.
— А, да. Почему тебя это удивляет?
— Да так, просто вы оба не похожи на людей, у которых много друзей. — Не сказать же, что я вообще не верю в то, что у Теодора могут быть друзья.