Ну вот и все, теперь охрана комплекса точно знает о моем присутствии. Правда это уже не имеет особого значения, поскольку все возможные линии связи с внешним миром им теперь недоступны. Ну а живых свидетелей я оставлять не намерен. На всякий случай разместив еще один ретранслятор и запустив несколько технических ботов по потолку тоннеля, я направил робота обратно на поверхность. Тут его работа была завершена, а основную задачу для него никто не отменял.
Тем временем все единицы группы «Прорыв» уже находились в подвале здания и ожидали сигнала к началу штурма. Отключение основного электропитания как раз и стало таким сигналом. Ворота из подвала в тоннель основного комплекса были замаскированы под бетонную стену, но при помощи эхолота найти их не составило труда. Пока основные боевые единицы заняли позиции вокруг ворот, в дело вступили оба бурильщика. Подзарядив свои аккумуляторы от генератора на командирской машине, они приступили к вскрытию препятствия. При помощи своих резаков, в которых плазменная струя фокусировалась в тонкий луч, они быстро вырезали проход два на два метра. Довольно толстая плита ворот с глухим стуком упала внутрь тоннеля и я двинул свои войска внутрь.
Этот тоннель был не очень длинным, всего 73 метра, если верить лазерному дальномеру, и заканчивался еще одними массивными воротами, по бокам от которых располагались две амбразуры. Стоило только первым роботам пройти через вырезанный проход, как по ним был открыт ураганный огонь из двух крупнокалиберных пулеметов. Хоть укрепленные лицевые держали огонь нормально, но рикошетов возникло просто колоссальное количество и возникновение первых повреждений оставалось только вопросом времени.
Во избежании первых потерь в самом начале штурма я решил использовать две ракеты из переносной установки, которая была смонтирована на командной машине. Дистанция была смехотворной и ракеты попали точно в цель, а термобарическая начинка снаряда выжгла все, что находилось с той стороны. Как и следовало ожидать пулеметная стрельба на этом закончилась и группа продолжила свое движение. Но на всякий случай я продолжал держать на прицеле прорези амбразур.
Первому роботу, который добрался до ворот, я дал команду окончательно вывести пулеметы из строя. Его программа поступила самым простым и эффективным способом, просто загнув оба ствола к потолку. Теперь при всем желании огонь из этих орудий никто вести не сможет. Естественно и эти ворота оказались закрыты, так что пришлось снова использовать плазменные резаки. Эта преграда оказалась чуть толще и заняла немного больше времени, но в итоге еще один стальной лист с гулким ударом свалился на пол.
Как только проход был открыт два робота рванули в него и сразу разошлись в стороны, чтобы следующая пара могла проделать то же самое. Пройдя в проход, мое воинство попало в местный КПП. Средних размеров помещение делилось на три части перегородками из стекла, металла и бетона. В той части, где сейчас находились мои роботы, все было оплавлено и лежало три обгоревших трупа. Стекла, отделяющие условно внешнюю часть КПП от средней, где располагался контрольный пункт с множеством мониторов, выбило ударной волной. За пультами никто не сидел, тел тоже видно не было. Скорее всего успели уйти из опасной зоны. А вот за последней перегородкой пару раз мелькнули человеческие фигуры.
На всякий случай оставив две боевые единицы вместе с командной машиной, остальные пять отправил вперед. Три из них продвигались по центральному проходу, в котором владельцы комплекса устроили что-то вроде воздушного шлюза. Видимо сильно боялись утечки какого-нибудь вируса. Оставшиеся две машины прикрывали их продвижение с флангов, перебравшись в среднюю часть КПП. Удалось продвинуться примерно до середины центрального прохода, когда охрана наконец открыла огонь. Велся он из ручного автоматического и полуавтоматического оружия и никакого вреда не причинял. Я в долгу не остался и тоже выдал пару очередей из крупнокалиберных пулеметов, установленных на роботах в качестве основного оружия. Для закрепления успеха добавил еще пару выстрелов из гранатомета. Термобарические боеприпасы уже доказали свою эффективность и я не видел причины не использовать их в дальнейшем.
Пули из крупного калибра хорошо преодолевали не очень толстые бетонные стены, а гранаты довершили разгром. После залпа только с левой стороны от линии огня был слышен крик раненого солдата, остальные молчали. Преодолев последнюю стену, отделявшую среднюю часть КПП от условно внутренней, обнаружился и сам раненый солдат. Вся левая часть его тела была обуглена и он катался по земле в страшных муках. Никакой потребности в причинении ненужных мук людям у меня никогда не имелось, так что я просто пристрелил этого человека. Таким образом положив конец его страданиям.