- Чего они приклеили? - не понял сытый.
- Прозвище у меня теперь такое — квантовка. А к словам не придирайся. С пианисткой пообщаешься, ещё не таких выражений нахватаешься.
- С пианисткой, значит … кстати, где она? Она что, уже убежала?
- Ну да. Она же так сразу и сказала.
- Точно убежала?
- Да точно! Расслабься, никто тебя не подслушивает.
- Тогда рассказывай! Что ещё за каша?
* * *
- И что ты предлагаешь делать? - Сытый выслушал, конечно, не всё, что может рассказать квантовка но для первого раза хватит. Это бы в голове утрясти а уже потом уточнять.
- Прямо сейчас думаю попробовать дать лежачим кашу. Это, конечно, не третья версия но и вторая может дать эффект. Когда там время кормления? Скоро уже?
- Вроде да. Думаешь, получится?
- Думаю — нет. Вероятность слишком мала. Но хорошо бы, что бы получилось … хоть с одним.
- А чем это хорошо?
- Как минимум, тогда этого ожившего пианистка в клан заберёт и снимет с нас обязанность о нём заботиться. Всё полегче будет.
- А как максимум?
- А как максимум будет у клановых на одного младенца больше.
- И ты в это веришь?
- Я видела младенцев. В их существование мы тоже не верили. Вполне себе живые флефки. А одну даже из озера вытаскивала.
- Из озера? Они что там, за ними не смотрят? Она там тонула?
- Скорее я там тонула а она наслаждалась купанием.
- ?!
- А чему ты удивляешься? Младенцы воды не боятся. Лезут в неё на столько, на сколько им это нравится. Одной вот, нравится плавать. И она плавает. Она же не знает, что в воде можно утонуть. А «взрослые» об этом знают и потому боятся. Боятся но лезут вытаскивать из воды того, кто не боится. И сами чуть не тонут а этой — хоть бы что. Разве что замёрзнет в воде или устанет сильно, тогда да, опасность есть.
- Кхм … ладно. А потом что предлагаешь делать?
- Думаю начать бегать к медикам за обычной кашей.
- Зачем?!
- За кашей, я же говорю!
- Да я …
- Да знаю. Ты знаешь, сколько времени мы тратим на то, что бы все косточки из рыбы вытащить? А знаешь сколько раз у нас это полностью получилось? А потом эти косточки изо рта выковыривать или из горла. Лучше сразу кашей кормить. Там нет никаких косточек и она изначально жидкая.
- Это понятно. Не понятно, как ты до медиков добежишь? Дорогу знаешь?
- Знаю я дорогу. Я теперь все дороги знаю. Я открыла себе способность «картография» и теперь карта всей местности у меня перед глазами.
- Это как?
- Как инвентарь, открываешь и смотришь.
- А как ты эту способность получила?
- У них в клане есть карта на стене. Полная. Членам клана достаточно её перерисовать. Не членам приходится извращаться.
- Ну и как ты извратилась?
- А вот этого нельзя говорить. Чужим методом воспользоваться нельзя. Нужно обязательно изобрести свой. Иначе — ничего не получится. Я вот узнала, как выкрутились пианистка с умной и второй и этот путь стал для меня закрыт. Пришлось свой изобретать. По этому так долго и провозилась.
- Ладно. Кто такая пианистка я более-менее понял а неровная это кто?
- …
Пианистка
Ну вот! А всё думала не найду ничего да не найду ничего. А вот оно! Мелководные двустворчатые большие хреновины. Не знаю, что за твари. Но судя по тому, что они двигаются и без корней, то это не растения. Но и не мясо. Не надо мне такого мяса. В качестве наживки для рыбы разве что. Это створки, в смысле, посуда для клея. Неровная спрашивала. Подойдут ей такие, если сможет содержимое выбросить. А содержимое там знатное! Задолбаешься створки разжимать у живых. С мёртвыми, понятное дело, проще, там створки сами разжимаются, только лучше бы не раскрывались. Оттуда такой вонизм! Уж лучше живых поубивать меч между створками просовывая. А как по другому? Живыми они в инвентарь не лезут. Не положено.
Но створки это всё мелочи, это не моя радость. Моя радость вот она, передо мной валяется. Зверь! Большой! Сильный! Копытный. С рогами! Голова правда, отдельно. Как я смогла догнать такого красавца? Или умудрилась подобраться незаметно? А вот и нет! Он вообще меня заметил раньше, чем я его. Сволочь рогатая. Сколько тренируюсь незаметно ходить и всё никак. Но что в нём хорошо, это то, что он сам на меня напасть решил. Видимо посчитал, что поднять на рог такую козявку как я проще, чем убежать. А вот и не угадал! Я отклонила тело и по шее ему мечом хрясь! Не жалеюче. Хорошие у меня мечи. Башка вмиг отлетела. Правда, своими сраными копытами мне по ноге зарядил больно. У меня аж в глазах потемнело. Но ничего. Это всего-лишь очередной синяк. Переживу как-нибудь. Зато из-за этой боли голод не сразу пришёл. Сначала я эту тушу в инвентарь … думала ещё, голову брать не брать? Думала эта голова привлечёт ещё кого-нибудь. Но тут по-любому так и получится. Кровищи из обрубка вон сколько вылилось. Её то никуда не уберёшь. Не стала время тратить и убежала оттуда пока голодом не накрыло. Сначала залезла в кусты поглубже а потом страшно стало. А вдруг голод вообще не придёт? Пришёл родимый, никуда не делся. В этих кустах может и безопасно но лучше в них не лазить. Одежда опять вся … бок болит. В этот бок мне сучок какой-то весь сон упирался. Опять же, выбиралась из этих кустов наощупь. Ну а как? Ночь никто не отменял. Одежде снова досталось. Нельзя мне прилично одеваться, сразу все новые вещи в хлам! Появилась бы перед этим сытым как оборванка, если бы второго комплекта с собой не взяла. Но я свои особенности знаю, потому и взяла. Всю ночь через этот лес вслепую пробиралась и не зря! Словила малый голод и утро проспала. А теперь день, вроде как и до стоянки я почти дошла. Теперь зверя надо разделать. Зачем он мне в почти целом виде? Только деревья здесь какие-то неправильные. Все ветви как-то сразу вверх. А на чём я зверя буду подвешивать?