***
Когда показались первые лучи солнца, я умылся у ручья, переоделся. Форма из комплекса — чистая, старая, будто стёртая память. Пояс, нож, накидка. Без оружия. Только жетон Куала при себе, как оберег.
Когда я подошёл к Кругу, они уже ждали.
Пятеро.
Куал — сгорбленный, но твёрдый.
Ат-Го — его голос как высохший ствол.
Эриша — с глазами, будто их выжгли тлеющим пеплом.
Мартин — молчащий титан.
И Во — вождь рода. Он редко говорит. Но если говорит — мир слушает.
Куал начал:
— Ты прошёл путь. Один. Вернулся. Принёс след. Вернул знаки.
Эриша смотрела будто сквозь меня:
— И выжил там, где другие исчезли.
Ат-Го прищурился:
— Это не дар. Но и не вина. Мы должны знать кто ты есть.
Я не отводил взгляд:
— Я не знаю кто я. И не знаю, кем стану. Но я не предал. Не убежал. И не бросил тех, кто верил в меня и надеялся.
Во кивнул. Медленно.
— Он не лжёт, — выдохнул он. — Но слова, это всего лишь слова. Надо сделать выбор.
Куал сказал:
— Есть три пути: гость — остаётся гостем. Охотник — становится частью рода. Искатель — получает право знания. Ты не один из них, ты нечто среднее. Мы решим вместе.
Они переглянулись и начали совет. Полушёпотом. Без торопливости. Я не слушал. Я смотрел на огонь.
Когда они вынесут решение — моя судьба изменится.
И я вместе с ней.
ГЛАВА 5 — ПРИЗНАННЫЙ
Площадь дышала ожиданием. Утро было ленивым. Воздух терпким от гари и сырой земли.
Я стоял в центре круга. Вокруг — старейшины, воины, подростки, женщины, дети. Все смотрели.
Старейшина, Шаман Во, шагнул вперёд и заговорил своим хриплым голосом:
— Ты прошёл сквозь мрак. Ты вернулся. Метка Архей на тебе. Твоя правда сокрыта, но ты заслуживаешь выбрать путь.
Я вдруг понял: они ждут не чудес — они ждут решения. Глубокий вдох.
— Я… не знаю, кто я, — сказал я. — Но я хочу искать. Помнить. Понимать.
Пусть мой путь будет путём Искателя, но не обычного. Пусть будет Мудрый Искатель. Чтобы не только искать, но и оберегать.
Один из стариков прошептал:
— Как Хоран. Последний из тех, кто говорил со скрижалями.
Во поднял копьё, украшенное символами, и передал его мне в руки:
— Да будет так. Мудрый Искатель. Вера — твой спутник. Знание — твоя ноша. Храни то, что помнишь. Найди то, что забыто.
Во приблизился и накинул мне на спину тёмную церемониальную мантию, расшитую синими нитями. Ат-Го объявил об окончании церемонии. Все молча разошлись.
---
Хижина Искателя встретила сыростью и пылью. Крыша перекошена, но стены еще держатся.
Потолок не капает, уже хорошо.
На полках пыль, тетради с выцветшими записями, коробка с частями старых механизмов, резной круг, глиняные оттиски ладоней. Всё осталось от прежнего хозяина. Теперь это моё наследство.
Я пытался приготовить себе еду, из того, что наскрёб по углам хижины, когда в проёме промелькнула тень.
— Ты из тех, кто с рассветом не спит? — спросил я, не оборачиваясь.
— А ты из тех, кто гостей не встречает? — отозвался голос. Девчонка. Лет шестнадцать-семнадцать. Глаза нахальные. Волосы заплетены в толстую косу. Плётка и праща на поясе, за плечами — мешок.
— Только обустраиваюсь. — буркнул я. — Пока занят. Чего тебе?
— Да так. Посмотреть. Все тут шепчут: «знаковый», «из тьмы вернулся», «духи за ним стоят»… А по мне — грязный чужак.
Я усмехнулся. Она продолжила, чуть смягчившись:
— Ещё вижу, ты кашу варишь из ничего. С таким подходом не выживешь. Хочешь помогу?
— Да ты капитан очевидность.
— Кто-кто?
— Неважно… Слушай, давай тогда так, раз ты такая умная и всё знаешь предлагаю бартер. Ты мне еду, я тебе что-нибудь интересное. Идёт?
— Ну не знаю... — начала отводить взгляд в раздумьях.
— Нет, так нет. — пожал я плечами и хотел было уже закончить диалог, как она выдохнула и согласилась.
— Ладно. Вечером приду. Принесу ногу ящерицы и комочки. Если понравится, может что-то дашь, если нет, то нет. Уйду с пустыми руками. Но это разовое предложение.
Ушла. А я остался с мыслью: впервые кто-то не испугался, не убежал, не молился, не вёл пространные речи. Просто говорил прямо - будто с человеком из старого мира пообщался.
---
Весь день возился в хижине, наводя порядок и сортируя найденное. Наткнулся на дневник бывшего жильца. Страницы смазаны, но пара фраз сохранилась: