— В нём, порой, отражается не только тело, — сказала она тихо. — А то, чего давно нет снаружи… но внутри — всё ещё живо.
Я смотрел на неё слишком пристально.
— Видел, — признался я.
Она чуть кивнула.
— Тогда берегись. Иногда зеркало показывает не вид… а голос. И не всегда твой.
Она положила на порог свёрток с цветами олемры, развернулась.
— Я пришла, чтобы послушать твою тишину. Пока она ещё твоя. Пока голоса в голове не разрывают тебя на части.
И растворилась в темноте.
После прихода Эриши мне долго не давали спать её слова о том, что какие-то неведомые голоса должны поселиться в моей голове. О чём это она? Неужели думает, что я сошёл с ума? Но я себя прекрасно чувствую и в ментальном, и в физическом плане.
Чтобы отвлечься от преследующих меня мыслей, я решил немного покопаться в КПК и интерфейсе, и настроить их на более удобную для меня работу, насколько это возможно сделать в моём положении, с криво установленной нейросетью.
Покопавшись немного в сетке, наткнулся на вкладку с настройкой уведомлений. Оказалось, что по умолчанию уведомления поступают напрямую в мозг, без визуальной составляющей. Так вот, оказывается, откуда я знал как называются те существа, которые встречались мне на пути за время моих похождений. Неожиданно... и неприятно. Я почувствовал себя тупицей... Ну почему я раньше не догадался настроить интерфейс под себя?
В итоге, поигравшись с настройками, решил сделать так, чтобы информация о монстрах выводилась в виде текстового сообщения по левому краю поля зрения. Это не доставляло дискомфорта, в отличие от прямого взаимодействия с мозгом. Теперь можно было легко сделать запрос и получить на него достаточно полный и развёрнутый ответ.
Тут еще и ползунок есть, как переключатель, можно включить/отключить перевод визуального текста в режме поясняющей сноски. Я конечно же его включил.
Вдоволь наигравшись с настройками я лёг, и с чистой совестью уснул. В эту ночь мне снились только приятные сны...
***
Наследущий день я решил изучить прилегающую местность к деревни. Я шёл вверх по ручью. Мне нужно было понять, что здесь происходит. Слишком много неясности. Слишком много забытых деталей.
Вода в деревне с каждым днём становилось всё более непривычной и неприятной на вкус, но никто будто этого не замечал. Жители деревни говорили, что так бывает каждый месяц, духи себя так проявляют, но ничего плохого в этом нет, всё так же, как и раньше. Никто не болеет, никто не умирает. Возможно, какие-то подземные воды попадают, или что-то ещё.
Вреда оно не приносит, но вкус изменился, а значит, нужно выяснить что портит воду. К тому же, я иногда стал ловить себя на мыслях о том, что не помню, о чём говорил утром. Или куда положил тот или иной предмет. Всё это и моё чутье тянуло к месту, где ручей берет начало. Вверх по течению.
Я шёл туда, когда услышал пение.
Чистый, прозрачный голос. Музыка. Высокая, хрустальная, будто поют серебряные нити. Чисто, без фальши. Это было восхитительно. Ноги сами понесли меня к источнику прекрасного вокала.
Я вышел на прогалину. Небольшое озерцо, тёмное зеркало водной глади. Над ним ветка, склонившаяся почти до поверхности. А на ветке... та самая девочка что я видел у фрески.
Маленькая. В белой рубашке, в штанишках цвета хаки. Сидела, болтая ногами в воде, и пела.
Я застыл. Тело перестало слушаться, будто её голос сковывал мышцы. Я хотел позвать, но в горле пересохло.
> Внимание: зафиксировано внешнее воздействие звуковыми волнами на ваш разум.
Происходит установка слухового фильтра.
Глаза обожгло. В ушах резко щёлкнуло, словно кто-то вставил пробку в мозг.
> Процедура завершена. Адаптивный барьер активирован.
Пение оборвалось, и в ту же секунду иллюзия рассыпалась. На ветке больше не было девочки. Была тварь.
Сирена.
Плоть как старая пергаментная бумага, растянутая по слишком длинным костям. Изо рта свисает раздвоенный язык, по которому течёт вязкая слизь. В разрезе глаз пульсирующие синие капсулы, похожие на диоды. Вместо волос пучки нервных отростков, двигающихся, дышащих как жабры. На руках не просто пальцы, а костяные фаланги, переходящие в лезвия. Тело дрожало в такт затухающему эху её голоса.
Меня передернуло.
Она скривилась. Почуяла, что я больше не под контролем. И прыгнула. Я успел откатиться. В руке материализовался нож. Сердце колотится, в ушах — звон. Она слишком близко.
Я швырнул ком грязи прямо ей в "глаза", в ту сторону, где, как мне казалось, они должны быть. На миг тварь дёрнулась, и этого хватило. Я шагнул вперёд и ударил. Нож вошёл в грудь с треском рвущейся плоти. Лезвие зацепило хрящ, но не погрузилось глубоко.