— Это… не наша деревня. Не логово дикарей. Не храм, — выдохнул Астервол. — Что за место? У меня чувство, будто кто-то наблюдает за нами. Ты точно знал, куда мы попадём?
— Нет, — честно признался я. — Я просто… очень хотел домой.
Он покосился на меня:
— Это такой у вас, у ушедших богов, "дом"?
— Я не бог.
Он не ответил, но с интересом стал меня разглядывать - и вдруг замер.
— Стив…твоё плечо.
— Что?
Астервол приблизился, раздвинул разорванную ткань и осмотрел место, где меня задела стрела.
— Ты ранен. Кажется, стрела тебя задела. Варвары смазывают их отваром из ядолиста. Одного нашего подстрелили такой стрелой. Он сидел в клетке со мной, но потом... умер от яда. Они не стали его съедать, просто дали умереть. В первый день он очень ослаб, почти не мог двигаться, ночью начался жар и бред. На третий день он умер не приходя в себя. Дыхание остановилось.
Только сейчас я обратил внимание на то, что рана на руке пульсировала болью. Плечо горело. Внутри словно заноза, засела.
— Вот же чёрт!…
Я поднял руку, вызвал интерфейс.
— Система, сканирование.
>Запускаю сканирование.
Статус пользователя: нестабильный.
Обнаружено пять критически значимых отклонений.
— Общая интоксикация организма после применения протокола [идеальный воин_056];
— Проникающее ранение мягких тканей правого плеча (загрязнено);
— В ране обнаружен биотоксин медленного действия органического происхождения;
— Общее физическое истощение;
— Растяжение связок левого голеностопа;
— Лёгкое обезвоживание;
— Поверхностные повреждения кожных покровов.
Перед глазами зависла моя копия с цветовой индикацией повреждений.
>Рекомендация: Запустить протокол «Полевое лечение_03»?
Статус нейросети: стабильно-допустимый.
Риск перегрузки: низкий.
Колонии медицинских нанитов: 2/3.
Я выдохнул:
— Да. Запускай.
Импульс прошёл по телу. Под кожей что-то активировалось, стало тепло и спокойно. Сердце забилось стабильно и ровно, пульс замедлился. Татуировка на шее явно засветилась. Я увидел отблеск на колонне, на которую опирался.
— Шира вей! — ахнул Астервол, отшатнувшись. — Твоя шея светится!...
Через несколько мгновений свет от татуировки распространился по венам. Под кожей побежали узоры — слабое свечение, пульсация. Тело очищалось. Кровь наполнялись холодком, я знал, что так проходит фильтрование.
— Это не магия, — сказал я. — Просто старый протокол. Машина внутри знает, что делать.
Он присел рядом, пристально меня разглядывая. Напряжённый. Недоверчивый.
— Я видел такое однажды. Человек с огненной раной… выжил. Его звали посланцем. Только те, кого не берёт огонь и яд, могут говорить с машинами.
Я хрипло усмехнулся.
— Я бы предпочёл, чтобы со мной не говорили железяки.
Система очнулась после некоторой паузы:
> —Критические отклонения устранены;
— Биотоксин подавлен.
Уровень угрозы: угроза отсутствует.
Повторное лечение — не требуется.
Нейросеть — стабильна.
Силы вернулись. Я выдохнул и только теперь позволил себе расслабиться. Но не надолго. После того, как окончательно пришёл в себя, у меня тоже появилось ощущение постороннего присутствия.
Внимательнее осмотрел двери из телепортационной и что за ними. А за ними - улицы: заросшие, брошенные людьми, разрушенные.
Но город не был пустым. Тут и там летали насекомые, издалека доносился птичий крик. Природа захватила здесь власть. Город жил свою новую жизнь.
Я поднялся. Тело слушалось, хотя в глубине всё ещё чувствовался отголосок вибрации после лечения. Астервол рассматривал расплавленные арки и высокие колонны изъеденные временем.
— Значит, ты не бог, — хмыкнул он. — Но кожа у тебя светилась. Это… странно.
— Привыкай, — ответил я. Поднялся и отряхнулся. — Нам нужно осмотреться, найти укрытие и понять, куда мы попали.
Я направился к выходу. Подойдя к двери, я толкнул её плечом, она заскрипела. Створки разошлись, открывая проход на улицу.
Мы вышли.
Перед нами раскинулся город-призрак. Колоссальные здания - некоторые рухнули, другие наклонились, будто все они со временем просели. Улицы заросли, исполинские арки захватил буйный плющ, остовы транспорта освоили мелкие животные и птицы, соорудив там свои гнёзда. Мёртвые информационные терминалы стояли, будто памятники ушедшей цивилизации на огромном кладбище. Где-то среди камней ещё мерцают прерывисто старые голограммы, проецируя бессмысленные образы и обрывки речи. Надо же, какие живучие батареи...