Грубо прикинул: даже если удастся найти работу сразу, и если платят здесь медяшками, надо работать почти без перерыва. Но выбора нет.
---
Дойдя до перекрёстка, остановился. Там увидел транспорт, что-то похожее на телегу с мотором, но из далёкого будущего. Округлая кабина с металлической обшивкой, на борту врезана стеклянная полоса, сквозь которую виднеется салон.
— До завода едете? — спросил я у водителя. Это был мужик в сером жилете с нашивкой в виде ключа.
Тот кивнул:
— Прыгай. Пять медных.
Я отдал монеты и остался без гроша в кармане. Внутри салона было прохладно. Двигатель работал почти бесшумно, только изредка покашливая.
По пути разглядывал город. Здания из бетона с металлокаркасами, местами проросли лианами. Обломки старых вывесок, автоматы встроенные в стены, всё это будто бы жило отдельно от самих жителей. А те ходили мимо, не глядя.
Завод находился в северной части города. Над ним возвышался всё ещё целый купол. Огромные пилоны поддерживали массивную арочную конструкцию, когда-то автоматическую, а теперь заклинившую. Вход проходил через механический шлюз, куда и входили рабочие.
На входе выжженная лазером табличка: «Производственный Сектор D. Терминал 04».
Я глубоко вдохнул. Да, это оно. В подобном месте я работал до всего. До племени. До Архея.
Объяснил охранникам кто я, предъявил рекомендательное письмо. Меня провели к старшему по смене, коренастому мужчине в запачканной робе. Как сказал охранник, старшего зовут Арсений Вениаминович.
— Руки прямые? — спросил он.
— Прямее некуда.
— Станки видел?
— Видел. Привычная работа.
— Хорошо. Этот день испытательный. Ставка девять медных. Потом посмотрим. График с восьми до шести, обед по звонку. Будешь в третьем секторе, у старых прессов. Норма — пятьдесят четыре шестерни. Будет меньше, высчитаем из зарплаты. Если осилишь шестьдесят, начислим премию.
Я кивнул. Бумажки подписали, и я пошёл переодеваться.
Станок оказался несложным. Металлический патрон, блок загрузки, интерфейс типовой станочный, как и в моём времени. Работал он с металлокомпозитами. Износостойкий, но грубый материал, идеально подходящий для зубчатых передач и промышленных узлов. Сырьё подавалось в патрон, шестерёнка вытачивалась автоматически, но контроль резца и обработка кромок требовали ручной корректировки.
На каждую деталь уходило почти десять минут. Это значит, максимум шесть штук в час, если не сбиться. Я засёк время, встал к станку и начал работать.
К обеду я сделал тридцать шесть. Руки тряслись, пальцы ныли. Отвык от такой нагрузки, но не останавливался. Девяносто один серебряный сам себя не выплатит.
Обед. Я не брал с собой еды.
Арсений Вениаминович, увидев, что я просто стою в углу, хохотнул:
— Эй, новичок! Столовая вон там. — Он махнул рукой куда-то в сторону —Первый обед за счёт мастера, потом сам решай. За пользование высчитывают из зарплаты.
Я качнул головой:
— Спасибо, но нет. И так в долгах.
Он хмыкнул:
— Ну, раз так, пройдись по цеху. Заодно узнаешь, где пополняют расходники. И проверь аварийные выходы. По регламенту положено знать.
---
Я пошёл.
Прошёл через основной пролёт, свернул в боковой отвод и наткнулся на табличку на полу: «Сектор E. Не обслуживается». Пыльный пол, окна в трещинах, в воздухе витает запах металла и пыли. Пройдя чуть дальше, я увидел его...
Шикарный высокотехнологичный старый терминал, как мне показалось. Сейчас он спал, укрытый тёплым одеялом пыли. Стало дико интересно узнать, в рабочем ли он состоянии. Я, как мог, избавил его от наросшего слоя. Выглядит целым — ни единого скола, ни царапинки, будто им никогда не пользовались, либо пользовались очень осторожно. Я подошёл, провёл пальцами по экрану. Он не реагировал. Попробовал подключится с помощью интерфейса и... панель мигнула. Пальцы нащупали сенсор. Внезапно тонкий импульс прошёл по телу, а затем перед глазами замелькали строки:
> [СИНХРОНИЗАЦИЯ СИСТЕМЫ С МУЛЬТИСТАНКОМ — УСПЕШНА]
Оператор: временный профиль [S-17]
Интерфейс: нейросвязь активна.
Протоколы: восстановлены частично.
Уровень допуска: заводской/сервисный.
ВНИМАНИЕ: подключение к сети недоступно. Система функционирует в автономном режиме.
Состояние оборудования: рабочее.
Режим: техническое обслуживание / ручная наладка.
На экране промелькнуло несколько блоков, знакомых по старым производственным терминалам: список операций, температура, материал, форма изделия.