К нам подошла официантка. Молодая блондинка. Волосы собраны в аккуратный пучок, чуть сбитая чёлка, короткая юбка и приталенный жилет. На бедре кожаный карманчик с блокнотом. Она остановилась у столика и игриво стрельнула глазами:
— Добрый вечер, господа. Что будете пить?
— Тёмную «Купольную», — сказал Астервол. — И что-нибудь поесть. Мясное.
Я приподнял бровь:
— А есть... — Я пробежался взглядом по меню и выбрал что звучало оригинально — … «Пыльный путь»?
Она улыбнулась:
— Есть. Один из хитов. С запахом гвоздики и угля. Двойной?
— Конечно.
— Закуска?
— Копчёная лента с хрустом.
— Принято.
Она всё записала, щёлкнула каблуком, повернулась и, виляя бёдрами, исчезла в глубине зала. Мы молча посмотрели ей вслед. Астервол первым нарушил тишину:
— Здесь умеют готовить. И… подавать.
Я оторвал взгляд от удаляющейся от нас официантки и спросил — Что за «Тёмная купольная»?
— Да со Скалдом общался. Он рассказал про свою первую охоту и про то, как отмечал успех в баре. Вот он и упомянул про Тёмную «Купольную». Сейчас принесут и оценим.
Я достал свёрток из внутреннего кармана. Аккуратно положил браслет на стол:
— Готов. Починил. Восстановил структуру, систему оживил. Но… не смог запустить. Нужен биометрический отпечаток владельца.
Астервол взял его в руки и долго вертел, осматривая.
— Она обрадуется, — сказал он наконец. — Это… не просто вещь. Это память. И если мы хотим выжить здесь, нужно знать, кто мы. И кто были. Для Мари это будет больше, чем подарок. Спасибо Стив.
Он сжал браслет.
— Без прошлого мы просто катимся по накатанной. Не идём вперёд и не возвращаемся назад. Так и сгниём. Медленно.
Я кивнул. Мы оба замолчали. Тяжесть прозвучавших слов придавила не хуже каменной глыбы.
— Ты говорил, что слышал что-то про Tectum? — вспомнил я.
Астервол фыркнул.
— Слышал. В переулке парень один сказал: «Сегодня тебе повезло, сам великий Tectum на твоей стороне». Я спросил что это, а он как на дурака посмотрел. Мол, ты что, не знаешь?
— И?
— Вроде как, это что-то типа местного бога. Столп. Легенда. Или маска, под которой скрываются чьи-то дела. Может, культ. Может, символ. Но о нём говорят шёпотом. Даже в баре.
Я подумал. Tectum. Слово. Имя. Город. Легенда. Оно тянулось за мной, как запах гари после пожара. Тут должно быть что-то еще...
В этот момент дверь приоткрылась.
Вошли трое.
Одежда городская, но потёртая. Пальцы в кольцах. Один из них оглядел зал, остановив взгляд на нас. Но не подошёл. Пока. Только усмехнулся.
— Эти, — шепнул Астервол. — Из той банды. Помнишь рассказывал про переулок?
Я кивнул. Не поворачиваясь, взял пустую кружку и, сделав максимально вальяжный вид, прикинулся что пью.
Официантка вернулась как раз в во время. Со стороны выглядело, будто мы уже тут достаточно времени, и успели накачаться. Она поставила напитки и закуску. Гибко, плавно, аккуратно. Лента с хрустом дымилась, а «Пыльный путь» пах огнём и чем-то… родным. Домом. Или его осколком.
— Наслаждайтесь, — улыбнулась она и снова исчезла.
Мы сидели в напряжении. Слушали гул зала. Следили за теми троими. Один из них что-то шепнул другому и указал подбородком в нашу сторону.
— Бар баром, — сказал я тихо. — Но нож на месте.
Астервол нахмурился. Я увидел, как его рука сжимается на кружке.
— Да, это определённо они, — прошептал он. — Те, кто цеплялся в переулке к бедолаге.
Я не стал оборачиваться, просто отпил глоток «Пыльного пути» и откинулся на спинку, ожидая начала представления. Нож уже был на готове.
Гости не заставили себя долго ждать.
— Ну, здравствуйте, — раздался над нами севший голос, с каким-то невнятным акцентом.
— Отдыхаете? — добавил второй. Он подошёл ближе, нависая.
— Нам место не найдётся? — сказал третий. — Нет? Ну ничего. Мы и стоя умеем общаться. Правда? — он повысил голос так, что все в баре вокруг притихли, уставившись в нашу сторону.
Бандиты сгрудились у края стола. Напряжение повисло, как натянутая струна.
Астервол сжал кулаки, и уже почти поднялся, но я поднял руку, в останавливающем жесте, и сказал, не глядя на него:
— Сиди. Они не стоят порванной рубашки.
Затем повернулся к незваным гостям и медленно заговорил:
— Город небольшой. Новости разносятся быстро. Сейчас вы сделаете глоток воды вон из того графина, что стоит у окна, развернётесь и выйдете. Никто ничего не услышит, никто ничего не вспомнит. А если не выйдете… я применю протокол. Да, прямо здесь. Не боюсь, что узнают. Потому что знаешь, что вспомнят? Что вы задирались. И что один из вас пытался что-то доказать почётным гостям этого города, а гости справедливо дали отпор уличной банде. Законы тут ещё не ваши и вряд ли будут вашими. И пока они действуют, я им подчиняюсь.