Человек в белом преклонил колени и, по обычаю, распростерся ниц перед сидящими истуканами. Выдержав паузу, он подполз на коленях к крайней фигуре слева и прошептал: «Ответь мне, о мудрый, кто стоит рядом с тобой?»
Некоторое время фигура помолчала, а затем из ее каменной утробы донесся голос:
— Бог Правды.
Викпетмол метнулся к среднему идолу.
— Кто ты, о великий бог?
«Если отвечает один и тот же человек, сидящий внизу, я пропал», — подумал разведчик, сжимая под широкими одеждами теплую рукоятку бесшумного пистолета. И в этот момент пришел ответ:
— Бог Дипломатии.
Голос был другой, не похожий на тот, которым разговаривала первая фигура. «Спасен», — промелькнуло в голове Викпетмола. Оставалось последнее изваяние, стоящее справа.
— О великий бог, ответь мне без гнева, кто стоит рядом с тобой?
— Бог Лжи! — зарокотало внутри идола. — Бог Лжи, бог Лжи…
Три часа спустя перед вытертыми от времени ступенями храма остановились три правительственных машины, наполненные солдатами. Воины выпрыгнули из грузовиков и быстро, без суеты оцепили здание. Из дверей, повинуясь сигналу, вышли два служителя. Офицер, подбадриваемый человеком в белой одежде, приказал;
— Позовите верховного жреца.
Из бокового крыла длинного низкого строения вышел окруженный свитой старик, облаченный в желтые одежды. Офицер низко поклонился.
— Прости, жрец, но нам необходимо осмотреть тайник в фундаменте бога Лжи твоего храма. Дай разрешение…
— Дитя, — старое, сморщенное, как печеное яблоко, лицо жреца на мгновение разгладилось, — дитя, но ведь ни один смертный не знает, какая из фигур — бог Лжи. Ты сам видишь, как они одинаковы. Не станете же вы разорять одно божество за другим?.. — В голосе его прозвучала угроза.
— Не волнуйся, жрец. Мы не станем разорять идолов. Я знаю, где стоит бог Лжи. — Из-за плеча офицера выдвинулась неприметная до того фигура человека в белом.
— Но чем гарантируешь ты, чужеземец, что не ошибаешься? Какой залог готов ты оставить?
Хитрый священнослужитель сразу услыхал легкий, чуть заметный акцент Викпетмола и теперь старался оттянуть время. Разведчик понял маневр жреца и смело шагнул вперед.
— Идем, я назову тебе богов. И если я ошибусь, то пусть в залог моих слов останется голова.
Жрец и сопровождающие его прислужники торопливо зашагали следом. Вот и храм.
— Дети мои, не оскверняйте святилище. Мы войдем в кумирню вдвоем с чужеземцем.
Прислужники остановились, загородив собой вход. В темном провале скрылись жрец и Викпетмол.
Здесь как будто ничего не изменилось. Так же неподвижно высятся у противоположной стены высокие идолы, похожие как три капли воды друг на друга.
— Смотри, жрец. — Викпетмол вытянул руку. — Слева стоит бог Дипломатии, справа — бог Правды, а в центре разместился… Стоять смирно, полковник Баррот, — добавил тихо Викпетмол на чистом английском языке, заметив, что жрец проворным движением сунул смуглую руку за отворот накидки. Его проницательный взгляд давно распознал в жреце матерого агента иностранной разведки. — Игра проиграна. Если я раскрою ваше истинное лицо благочестивой пастве, живым вы отсюда не выйдете… Правильно ли я сказал, о великий жрец? — снова заговорил он громко на местном наречии.
Сухощавая фигура, облаченная в желтые одежды, едва заметно, с усилием качнула головой.
— Как же все-таки вам удалось разгадать тайну трех идолов, Виктор Петрович? — Генерал постучал мундштуком папиросы по коробке.